— Диво дивное, барыня не перетруждаться просит. Простите, Анастасия Павловна.

Я улыбнулась.

— Были у барыни до болезни одни странности, теперь другие. А то где это видано, чтобы барыня — да не чудит?

Дуня хихикнула.

— И то правда... В соседнем уезде, сказывают, объявила одна барыня себя царицей. По всему саду деревянных болванов расставила, гвардию свою. Из дома в церковь ее на троне носили, а больше никогда она не выбиралась. Ежели кто желает видеть, пусть прошение сперва подает. На эту, как ее. А…

— Аудиенцию, — подсказала я. Улыбнулась, не сразу обратив внимание, что Дуня говорит в прошедшем времени.

— Занятная барыня.

— Занятная-то занятная, — вмешалась Марья. — Да только плохо все кончилось.

Я вопросительно на нее посмотрела, и Марья пояснила:

— Ненормальной ее объявили и имение отобрали.

— Наследники расстарались? — догадалась я.

— Кто ж еще. Доктора звали тамошнего, чтобы тот вердикт вынес. Дворянское собрание потом, сказывают, разбирало дело и постановило ее имение наследникам отдать. Словом, выкинули ее из дома и даже куска хлеба пожалели. Бабы деревенские сердобольные подкармливали, сколько могли.

Я покачала головой.

— Барин, в смысле Виктор Александрович, когда узнал, забрал ее в дом, вот так и до нас про нее рассказы дошли.

Петр поставил на стол пустую кружку. Посмотрел на чайник, и видно было, что хотел бы еще попросить, да неловко, и так за одним столом с барыней сидит, пусть на том спасибо скажет.

Я молча налила ему чая и пододвинула миску с медом. Парень глянул так ошарашенно, что на миг мне показалось, будто он тоже сейчас за доктором побежит, проверять мое психическое здоровье.

Выпрямился словно жердь проглотил, взял кружку двумя пальцами, оттопырив мизинчик, хотя до того держал ее нормально.

— Я ее совсем не помню — сказала я, чтобы разрядить обстановку. О том, что Анастасия Павловна после болезни потеряла память, знали уже и Дуня, и Петр, так что стесняться смысла не было.

— А и неоткуда тебе ее помнить, касаточка. Померла она до того, как ты за аспида вышла. Кажется, как раз в тот месяц, когда аспид с твоим отцом о женитьбе договорился. Недолго она прожила после того как приживалкой стала.

Хотя слышать-то про нее все слышали, как не слышать…

Да уж, жадные наследники во всех мирах остаются жадными наследниками. Хорошо хоть у меня их нет, некому мои чудачества объявлять болезнью. Да и было бы на что претендовать! И все же настроение у меня испортилось. Я поднялась из-за стола. Работа ждать не будет.

Марья, как и собиралась, ушла в деревню, рассказать все старосте да поискать мальчишек. Мы с Дуней, посовещавшись, затопили баню — сегодня она будет в самый раз, успеет прогреться до темноты.