Ему не нравилось каждый раз устраивать советы и следовать общепринятым решениям тех, в ком время от времени играла совесть или же это просто трусость…
Но эту проблему он намеревался решить чуть позже, сейчас главное оставаться в безопасности, а еще убедиться, что проклятый сын Дагдана, которого в прошлом отказалась принимать смерть, в этот раз отправится в самую бездну, где для него уже давно разожгли отдельный котел.
Король Илириан в красках представлял, как будет стоять на балконе тронного зала, наблюдая за тем, как на холме воины убивают друг друга во славу его величия, как жизнь мерзкого северного ублюдка погаснет в уродливых сиреневых глазах, которые наделали немало шума. Ходили даже слухи, что это бог смерти смотрит взглядом выжившего наследника земель Карден.
“Неважно! Пришло время этому щенку испустить последний дух!”
И тем не менее на душе скребли кошки. В небе пролетел сокол, пикируя вниз. На его лапе отчетливо виднелся тубус.
“Кто-то отправил послание”.
Скорее всего, это был Андрес Вильде, извиняющийся за свою пропажу.
Вечно этот сопляк все портил. Он был совершенно непохож на своего отца, который ошибся лишь раз, когда не смог добить чудовище севера.
Солнце опустилось за холмы, стремительно погружая мир во тьму, словно накрывая его тяжелым одеялом. Появились первые звезды, но горизонт все еще алел кроваво-красным закатом, когда за спиной послышались быстрые шаги.
– Ваше величество! Ваше величество! – запыхавшись, мчался к нему один из лакеев.
– Что тебе нужно? Я занят! – фыркнул монарх, не поворачиваясь. Сложив руки за спиной, он самодовольно рассматривал своих воинов.
– Вам послание. Сокол принес!
– Кто отправитель? Щенок Вильде? – пренебрежительно фыркнул король, сморщившись, словно съев лимон."
"– Стало быть… это… отправитель не значится. Я могу открыть послание? – занервничал слуга.
– Дай сюда! – поспешно молодой щуплый мужчина передал пергамент своему королю, наблюдая, как тот его разворачивает.
На лице монарха застыла растерянность. Он узнал собственный почерк. Письмо было адресовано старшему лорду Вильде, и требовало избавиться от раздражающего семейства Карден, которое вновь нарушило его планы. Этому посланию было по меньшей мере пятнадцать лет, но Илириан помнил каждую строчку.
Лишь в самом конце размашистыми острыми буквами имелось быстро написано дополнение, явно принадлежащее чужой руке.
“Я иду за тобой!”
Сердце монарха забилось быстрее. Глаза расширились от ярости и неконтролируемого страха. Часто дыша, он до боли стиснул зубы, едва не ломая их, остервенело разрывая послание.
– О, великий! – ошеломленно, полным благоговения и трепета голосом, прошептал лакей.
