Нужно бежать. Не позволю никому забрать мою крошку. Особенно какому-то наглому красавчику, возомнившему себя хозяином жизни. Никакого аборта не будет! Главное – придумать, как отсюда сбежать.
– Сейчас, подождите, я санитаров позову, и сразу в палату поедем, – и набирает по внутреннему телефону кого-то. – Да что же это такое. Вечно занято. Минуточку подождите. Сейчас.
И Торсунова выходит из кабинета.
Нужно бежать. Срочно. Плевать на эту помощь. Для меня главное – малыша сохранить. Не будет же этот тип по городу меня отлавливать и силком тащить в клинику.
На пошатывающихся ногах подхожу и выглядываю в коридор. Сердце стучит, как у загнанной птички, и готово вот-вот вырваться из груди. Осматриваюсь, никого из врачей не замечаю, выхожу из кабинета под удивленные взгляды пары. Да, вот такая я, сбегаю. Лучше Торсунову потом отвлеките, чтобы не гналась за мной.
Быстрым шагом спешу к выходу, но не к парадному, а к запасному. Не хватало еще в центральном холле с ней столкнуться. Тогда плакало мое спасение.
– Все хорошо будет, малыш. Мама тебя никому не даст в обиду, – поглаживая живот, шепчу, убегая прочь из больницы.
На парковке никого, поэтому спокойно сажусь в машину и уезжаю, но, увы, незамеченной скрыться не удается. Псы, которые сторожили меня у дома, и которые, как я надеялась, не поехали за мной утром, никуда не делись. Бандитскую машину сложно не заметить среди обычных легковушек.
Черт, обложил гад такой. За тонированными стеклами не видно водителей, но по незаведенному мотору понятно лишь одно: маленькая фора у меня есть. И неважно, что это обман. Здесь они меня нашли, значит достанут и в другом месте.
На нервах еду на работу на автопилоте. Не понимаю, что вообще происходит вокруг, не замечаю ничего. Я словно сомнамбула. И очень хочется проснуться. Остановившись около офиса, еще пару минут сижу в машине, пытаясь хоть немного прийти в себя, но не получается.
Этот незнакомец, Эрмирханов, нагло решил распоряжаться мной, но я не вещь. Надо будет обязательно зайти к нашему юристу на разговор тет-а-тет. Да, точно. Именно так и сделаю.
Решительно выхожу из машины и поднимаюсь на нужный этаж в наш шумный аквариум, как я люблю называть ужасно неудобный для меня open space с огромным аквариумом по центру.
– Фух, ты вовремя. Витька Петькович сегодня очень жаждет тебя увидеть. Прямо злющий. Уже дважды спрашивал, – удивленно смотрю на нее, потому что не понимаю, с чего у старого друга за интерес ко мне.
Может, посочувствовать разрыву хочет? Не надо мне жалости.
– Не говорил, что хотел?
– Не, но срочно требует к себе.
