Все остальное неважно и не имеет смысла – только здесь и сейчас, только с ним.

И нет никакого сценария, фанерных персонажей и нарисованного на заднике неба, потому что вот оно – живое, настоящее, сильное, правильное.

И уверенность и страсть, пришедшие из его вселенной, наголову разбили придуманные преграды и ограничения, высунувшиеся из ее мира.

Они катались по траве и, кажется, очень шумели, потому что лес совсем затих, изумленный. В угаре и спешке Саша успела подумать о том, что они распугают всех барсуков и белок, и засмеялась, а потом не стало никаких мыслей и белок.

Общий новый мир, как ему и положено, начался со вспышки сверхновой.

Саша была уверена, что вспышку засекли все телескопы вселенной.

…Опять они долго лежали, молчали и не шевелились.

Потом она встала, перешагнула через него и спустилась к воде. Он сел, обняв руками колени, и наблюдал за ней.

Вода показалась ей прохладной и приятной. Она зашла по колено, песок мягко обнимал ступни.

– Оно очень холодное, – предупредил Федор негромко. – Подземные ключи бьют.

– Правда? – удивилась Саша, упала в воду, оттолкнулась и поплыла.

Вода была сладкой на вкус. Щеки и губы у нее горели, и было приятно чувствовать прохладу.

Она доплыла примерно до середины озера, когда раздался такой всплеск, словно с берега плюхнулся медведь.

Федор – а вовсе никакой не медведь – догнал ее в два гребка. Он посматривал на нее, словно готовый в любую секунду подхватить и спасти.

– Я не собираюсь тонуть, – сказала ему Саша. – Я просто… отдыхаю.

Перевернулась, раскинула руки и легла на спину. Теперь ей в лицо смотрело вечернее небо.

Весь мир смотрел ей в лицо. Оказывается, все это время он был так близко!..

Федор взял ее за руки и стал буксировать к берегу.

Он вытащил ее из воды, ладонями стряхнул с волос капли, сказал, что сейчас принесет полотенце, и ушел в сторожку."

"– Спасибо тебе, – сказала Саша озеру. – Мне так нужно было… в воду.

Примчался Федор, завернул ее в мягкую ткань и спросил озабоченно:

– Замерзла?

Саша отрицательно покачала головой.

– Я принес тебе шлепанцы. – Он подсунул ей резиновые тапки. – Чтоб ты не лезла сейчас в свои кеды. Обувайся, и пойдем в тепло.

Эти тапки ее поразили. Словно ее романтический любовник открылся совсем с другой стороны!

Она засмеялась и сунула ноги в шлепанцы. И спросила:

– Ты заботливый?

– Я не знаю, – ответил он. – Посмотрим.

Они вошли в дом, где горело желтое электричество, на стене висели плащи и штормовки, а под ними стояли болотные сапоги и высокие ботинки – другой мир, непривычный и странный.

Новый.

Саша была уверена, что непременно в нем обживется.

– Я принесу тебе переодеться. У меня есть чистые футболки и свитера.

Пока он метался, Саша зашла в комнату с железной дверью и осмотрелась.