Откуда-то издалека, словно сквозь толщу воды доносится свист вспарываемого ударом воздуха, звук рвущейся ткани, но вместо обжигающей боли, которую ждёт моя память, я сгораю, задыхаюсь, жадно хватаю воздух.

— Чччч… Я никогда не причиню тебе боли. Никогда. Всё, что ты должна запомнить. — Тихий шепот, кажется, проникает сразу в мозг, вплавляет слова в память.

Один удар ножом и мои руки свободны, разворачиваюсь и вцепляюсь в его шею, жаль ногтей нет. А так хочется впиться когтями в его кожу!

— Наигрался? — шиплю я, потому что горло словно сорвано.

— С чего бы вдруг? Ночь только началась.

— Улыбается он. Широко, открыто, до ямочек на небритых щеках.

— Ты не Тигра, ты Чеширский кот! — обвожу пальцами его скулы. — Ты похудел.

— Ерунда. — Отмахивается он. — Я сниму?

Его пальцы скользят по маске.

— Жутко неудобная штука! В ней жарко. — Признаюсь я под тихий смех. — Что это за комната.

— Моя. Здесь ночую, когда дела. — Вытягивается на кровати он сам и утягивает меня на себя.

— И теперь будешь здесь ночевать? — спрашиваю я, выводя рисунки у него на груди.

— Нет. Тебе здесь не место, а ночевать я собираюсь с тобой.

— Одним движением переворачивает он меня и накрывает своим телом.

Наша ночь наполнена пьяным шёпотом признаний и откровенными ласками. Нет ничего, что было бы под запретом. Пропитались друг другом насквозь.

Я даже не поняла, когда мы уснули. Просто открыла глаза пытаясь понять ещё ночь или уже утро. Я уснула на боку, уткнувшись носом в Тайгира. Через мои бёдра перекинута его нога, а рука прижимает к себе, поддерживая за спину.

— Давно не спишь? — даже не удивилась, встретив его взгляд, едва посмотрев вверх.

— Недавно проснулся.

Нам пора уходить. — Говорит он.

— Ага. Интересно, в чём я пойду? — вспоминаю я об участи моего наряда, от которого остались только туфли, маска и трусы.

— В этом. — Протягивает Тайгир мне свою рубашку.

— В принципе, модное платье. — Смеюсь я. — А это зачем?

Я удивляюсь, когда он снова надевает на меня маску.

— Эта ночь останется маленьким секретом между мной и моей женой. — Тайгир берёт отброшенное вчера покрывало с кровати и закутывает меня с головой. — Ты помнишь? Я не причиню тебе боли, даже если это просто чужие слова. Спрячь лицо у меня на плече.

Он открывает дверь и подхватывает меня на руки, сбегает по ступеням, словно я ничего не вешу. Охрана клуба, если и увидели нас, то постарались сделать вид, что их тут нет. По крайней мере с Тайгиром никто не здоровался. Только в машине он стянул с меня маску и убрал в бардачок.

— Это зачем? — удивилась я.

— Сувенир на память. — Улыбается он, включая телефон. Просматривает уведомления и кладёт его на торпеду.

Я даже не смотрю, куда мы едем. Наблюдаю за Тайгиром, за сменой выражения на его лице.