Я достаточно цинично отношусь к историям, которые этот бедняк выдает. Не трогает меня, даже если в них проскальзывает правда. Дело не в природной жестокости, как некоторые считают. Я не ублюдок. Но и не идиот, чтобы меня разводили, как лоха. Вот и все.

Но… У этих Богдановых, очевидно, есть какой-то общий таборный набор фишек, которые работают на всех. Безотказно. Вот я вообще не понял, какого хрена Соня расплакалась, а зачем-то ее обнял.

Вашу мать…

Сердце срывается и ускоряется неожиданно. Я словно тревогу ловлю. Безотчетную. Не могу дать ей определение. Не осознаю, откуда она внутри меня выходит.

Головокружение, трудности с дыханием, сухость во рту, спазмы и жар в груди, бешеный пульс, онемение и дрожь в конечностях – все признаки аварийного нервного возбуждения.

Это у меня-то? Откуда? Я по жизни хладнокровен. Исключительно.

Чтобы отрубить источник, отстраняюсь. Убираю руки с тела Богдановой и отшагиваю на безопасное расстояние. Крайне медленно перевожу дыхание.

Она даже моргает с какими-то странными периодичностью и скоростью. Этому где-то обучают? Я подвисаю. Пока она не опускает веки полностью. И даже тогда… Мне в грудь будто гребаная ракета влетает.

Я крепкий, корпус выдерживает. Только внутри все загорается.

Черты ее лица пробуждают неадекватный интерес. Абсолютно.

Я никогда никого не рассматривал так подробно, как разглядываю эту девчонку. Настолько, что когда она поднимает на секунду-две руку, чтобы утереть манжетом слезы, переживаю протест.

Хочется одернуть. Сказать, чтобы не мешала. Если ослушается, обездвижить силой.

Дикость.

Она против меня слишком мелкая. И чересчур хрупкая.

Не мой типаж. Не привлекают такие. Когда я кого-то трахаю, предпочитаю не беспокоиться о том, что могу ей что-то сломать.

О сексе с Богдановой, безусловно, планов не строю. Блядство – это не про них. Вот только мысли всплывают сами собой и подрывают своей дурью мне крышу.

Разгоряченная кровь резко устремляется в пах. У меня встает. И встает не первый раз на нее. Трудно объяснить, но когда где-то вижу Соню, кроет похотью, как бурей. Да, блядь, даже ее имя для меня – синоним порно.

Но я умнее Чары. Понимаю, что это нечто нездоровое. И успешно игнорирую.

Игнорировал. Сегодня вдруг порвал все цепи. Какого-то дьявола наблюдал, пока она носилась с подносами.

Думал о ней, когда пропадала из виду. И верх долбоебизма – потащился следом, едва все закончилось.

Если бы кто-то спросил вдруг: «Какого черта ты добиваешься?». Ответа бы я не нашел.

Кожа ее лица выглядит бархатной и теплой.

Сука, я изучаю ее кожу?

Я хочу к ней прикоснуться. Полноценно. Пальцами и языком.

Я хочу увидеть на ней свою сперму. В тот самый момент, когда кончаю. Узнать, пробьет ли ее в этот момент дрожь.

Я хочу, чтобы Соня застонала и обхватила мой член губами.