Конечно, если только Сергей не воспользуется какими-то запрещенными средствами — однако перед выходом на арену нас проверяли сразу несколько человек, и вряд ли мальчишка умудрился припасти какие-то нелегальные козыри. Да и отец его по головке за такое вряд ли погладит.
— В таком случае! — тем временем продолжил император, дождавшись «нет» от Сергея. — Да найдется правда в битве! Бой!
Над ареной тут же загорелся голубой защитный купол, слегка вибрирующий от количества вбуханной в него энергии, а Романов сорвался с места, обходя меня по дуге. Не знаю, что он там задумал, однако я даже не попытался сделать и шага в сторону и остался стоять, небрежно заложив руки за спину. Мой пренебрежительный взгляд не отрывался от Сергея, лицо которого тут же покраснело от моей неприкрытой провокации. Справедливости ради стоит сказать, что какие-то уроки парень сделал, и несмотря на вспыхнувшие эмоции, не потерял голову и не бросился на меня в самоубийственную атаку. Но это ему, конечно, не помогло.
Пока парень собирался с мыслями, уже сплел вязь конструкта, и лишь мгновение отделяло меня от того, чтобы наполнить его энергией. Однако я не спешил — Сергей должен был сделать первый ход.
Давай же, мальчишка! Чего ты ждешь⁈
Видимо, на этих мыслях что-то в моем взгляде всё же промелькнуло, и Романов бросился вперед, одновременно с этим отправляя в мою сторону какие-то плетения. Даже не стал разбираться в их сути, и не отпуская первого конструкта, сплел ещё один. Ярко голубой щит, состоящий из молний, осветил арену, появившись в метре от меня. Все плетения Сергея бессильно разбились об сеть разрядов, не в силах даже хоть как-то её повредить, а сам Романов замер на месте, остановившись перед преградой. Что, не пройти?
Следующие секунд десять Сергей пытался пробиться через щит, естественно, безуспешно, а я всё так же продолжал стоять, заложив руки за спину. Романов довольно быстро понял, что все его старания абсолютно бесполезны, и прекратил напрасно тратить энергию, остановившись и принявшись сверлить меня ненавидящим взглядом.
Что ж, на этом его время вышло.
— И это всё? — с усмешкой спросил я, наклонив голову на бок. Щит исчез, подчиняясь моей воле. — Слабо.
Вряд ли Сергей расслышал мои слова, однако мне было всё равно. Давно заготовленный конструкт заполнился энергией, и во все стороны от меня понеслись ветвистые молнии. Десятки, сотни электрических жгутов с низким гудением заполнили всю арену за доли секунды, и щит Романова, который тот успел выставить в последнее мгновение, тут же принялся гнуться и деформироваться, не в силах выдержать подобную мощь.
