Включает печку, датчики. На меня не смотрит.
Пожав плечами, отворачиваюсь.
– Телефон, – выкладывает передо мной на панель.
– Зачем? – удивляюсь.
– Ты же без связи. Демидову позвони. Вдруг волнуется.
Глава 37. Мия, Мирон и оргазм.
– Что мы будем делать? – спрашиваю, робко усаживаясь на мягкий диван.
– Спать, – отвечает Мир коротко, скидывая ключи от «БМВ» на барную стойку, разделяющую зону кухни и небольшую гостиную.
– Но надо поскорее всё понять… Узнать откуда…
– Мы будем спать, – повторяет Мирон безапелляционно. – Ты успокоишься, выспишься, завтра будем думать. Поняла?
– Как скажешь, – послушно киваю. – Спасибо.
Ёжусь от холода, натягивая рукава свитшота на ладони.
Мирон, заметив это, подходит к окну, усаживается на корточки и регулирует батарею, но глядя на широкие плечи и узкую талию, у меня внизу живота тоже становится теплее.
– Чья это квартира? – спрашиваю, с любопытством озираясь по сторонам.
Зайдя сюда, Мир сразу указал на дверь, ведущую в спальню, назвав её моей комнатой. Значит, сам он планирует остаться в гостиной.
Здесь красиво. Отделка стен и обстановка в разных оттенках серого явно свежие. Особое внимание привлекают высокие окна и шикарные портьеры, ниспадающие из-под потолка.
– Квартира моя, – отвечает Мирон прямо.
Поглядывает на меня урывками.
Скидывает пуховик на пол. Так, словно он жутко нервничает, вытирает внутреннюю сторону ладоней о спортивные штаны, висящие низко на бёдрах. Открывает створку небольшого шкафа.
– Твоя и Лады? – уточняю. – Ты с ней здесь живёшь? – вдруг пугаюсь.
Вот уж кого-кого, а Ладу я видеть не готова. Никогда.
– Эта квартира только моя.
– А Лада? – упрямо повторяю.
– У неё есть своя... Мы расстались.
– Ясно, – как можно безразличнее произношу, но продолжаю подозрительно озираться и пытаюсь унять трепет от сказанных слов в груди.
Мирон извлекает с верхней полки шкафа стопку с постельным бельём и полотенце. Укладывает всё это на диван рядом со мной.
– В спальне постельное чистое, – сообщает.
– Хорошо.
– Ты голодная? – внимательно изучает моё лицо, нависая сверху.
Мотаю головой отрицательно.
Прозрачные глаза словно сквозь меня смотрят. Это, между прочим, обидно. И неважно, что отчасти я виновата сама.
– А в ванную пойдёшь?
–Пойду, – киваю.
Мирон проходит к двери, которую практически незаметно на фоне ровной стены. Зажигает в ванной свет.
– Полотенце на водонагревателе.
Прижимаю рюкзак к груди и закрываюсь изнутри. Скидываю одежду и аккуратно складываю её на полку, рядом с мужскими принадлежностями для бритья.
Внутренности потрясывает оттого, что за стенкой он, а я здесь абсолютно голая. Желание, чтобы Мирон сейчас пришёл – моё заветное, но по его реакциям сегодня вечером, понимаю, что не придёт. Слишком много всего произошло и сказано...
