– Бля-ядь, – слышится рычание и тяжёлые шаги.

– Мия, – булькает его сестра. – Как ты могла так со мной поступить? Оставила меня с этим детским садом.

– Дамир с Эмилем всего на полгода тебя младше.

– В нашем возрасте это беспощадная пропасть. Да и парни дольше развиваются.

Я посмеялась, глядя, как огоньки на ёлке играют в отражении. Мама была права. Здесь дико скучно и одиноко.

– Меня бесит Жигули, – доверчиво призналась Юлька.

– Кто?

– Ну… Лада… я её прозвала Жигули.

Против воли смеюсь в кулак.

– По-моему, она без трусов… – шепнула Юлька.

– Да ладно?! – офигела я.

– Ре-еально. Лифчиков-то у неё никогда не было. Ей в них положить нечего.

– Юля… хватит.

Мы ещё не много поболтали с ней. А потом я пошла спать, а Юлька веселится. В моём доме, с моей семьёй, с моим бывшим другом, любовь которого я придумала, и его любимой девушкой, не признающей нижнее бельё.

Ни стыда, ни банальных соблюдений правил личной гигиены.

Фу! Дура!

На кухне по-домашнему светло и пахнет корицей. Дома я бы места себе не находила, а здесь мне спокойно и хорошо. Пусть и капельку тоскливо. Усаживаюсь за стол и пододвигаю к себе кружку с чаем.

– Весь день в телефоне сидишь, – недовольно говорит бабушка, снимая передник.

– С девчонками переписываюсь, бабуль. Не ругайся.

– Это с Ивой и с Таей что ли.

– Теперь нас четверо. Ещё Анжела, она учится с нами в одной группе.

– У вас новобранец. Лихо вы её в свою сложившуюся компанию приняли.

– Она классная. Очень умная и добрая, – рассказываю, вспоминая об Энж. – А папа у неё работает в администрации города.

– Богачка, получается. Как же с вами Ива-то уживается?

– Баб, – смотрю на неё с укором. – Ну что ты начинаешь? Мы никогда этого не обсуждаем и не обращаем внимания на то, как живёт Ива.

– Вы-то не обращаете, а вот она? Сложно оставаться равнодушной, когда подружки на крутых машинах ездят, а у тебя дома поесть нечего.

Грустно вздыхаю.

Родители Ивы Задорожной раньше жили неплохо, даже открывали что-то вроде небольшого магазинчика с разной мелочью для дома. Только вот страсть к алкоголю оказалась сильнее и в последнее время дела всё хуже.

– А Таечка как?

– Тая хорошо, – тепло улыбаюсь, когда вспоминаю о лучшей подруге. – Влюбилась только.

– В кого это?

– В Ваню Соболева.

– Это сын этой что ли… как её?

– Яны Альбертовны, – помогаю.

– Серьёзный кандидат. Одобряю.

– Он с Громовым на одном курсе учится.

Бабушка ловит мой затравленный взгляд, который я тут же отвожу и морщусь, поедая очередную шоколадную конфету.

– Ну а этот-то как… вертлявый твой?

– Бабуля, – качаю головой. – Мы больше не общаемся. Я так решила.

– Это верно, внучка. Это хорошо, – приговаривает бабушка. – С глаз долой, из сердца вон.