Только она и часть моей души, самая светлая. Без которой я просто сдохну во тьме.

Я гружу вещи в багажник, стараюсь делать это медленно, наблюдая, как сложно им прощаться. Лера сдерживает слезы, которые блестят на глазах, старается улыбнуться.

- Мам, я в выходные приеду. Ты можешь мне каждый вечер звонить по видеосвязи, - Ками успокаивает маму.

- Я рада за вас. Будьте счастливы, дети…

Эпилог

Камилла

— Горько! Горько! — в сонное сознание врывается невозможный голос моего уже как несколько часов мужа.

— Дурак, — не открывая глаз, смеюсь я.

Бессонову нравилось абсолютно все – до того момента, как гости стали кричать это пресловутое «горько».

Первый наш поцелуй в качестве мужа и жены во время регистрации он с достоинством перенес, на улице было прохладно, пиджак не позволил увидеть, насколько неравнодушным остался жених. В зале ресторана было душно, поэтому пиджак пришлось снять, узкие стильные брюки перестали скрывать возбуждение, а гости, словно прикалываясь, постоянно требовали поцелуев. Учитывая, что последнюю неделю я жила в доме родителей, и у нас с Левой не было секса, он после третьего подряд «горько» оглох.

— Хватит, — произнес папа, не повышая голоса. Через десять минут только те, кто перебрал, пытались еще выкрикнуть «горько», но под тычками соседей замолкали. «Шахову не нравится эта традиция», — шептались они.

Последнюю неделю я жила в родительском доме, Леве нужно было лично присутствовать на переговорах, вернулся он за два дня до церемонии бракосочетания, но забрать меня домой ему не дали. Наши мамы посчитали, что до брака нам лучше пожить отдельно, соблюсти какую-то там традицию.

Бессонов выругался, высказал все, что думает об этой традиции.

Я тихо хихикала, слушая его возмущения. Мы даже договорились встретиться, я собиралась сбежать из дома под покровом ночи на несколько часов. Дядя Артур, зная своего сына, позвонил и «пригласил» приехать в гости, а там уже Милена попросила его пожить в родительском доме, будто подозревала, что он попробует меня украсть. Вряд ли они верили, что их меры удержат Леву. Ночью он все равно проник к нам в дом – я так подозреваю, с тихого одобрения папы, охрана ведь его не задержала. Любовью мы не занимались, решили подождать до первой брачной ночи. Хотя, скорее всего, Бессонов не хотел соблазнять меня в отцовском доме. Я могла бы его соблазнить, но мужские принципы нужно уважать. В ту ночь я куталась и наслаждалась теплом его объятий. Так и уснула.

Свадебная церемония получилась красивой. Мама и ее подруги постарались сделать ее для нас незабываемой. Столько трогательных моментов, когда я с трудом сдерживала слезы. Лева, соблюдая все те же традиции, до церемонии не видел меня в свадебном платье. Прослезилась в первый раз, когда наши взгляды встретились.