Целы не только ролетты, прикрывающие узкие стеклопакеты под потолком, но и ржавые от времени сетки вытяжных жестяных труб. Примитивный механический кодовый замок разработки ещё середины двадцатого века затянут паутиной и припорошён пылью. Тем не менее, продолжает работать: нажал на три кнопки, рванул за колечко между двумя рядами цифр, и замок со щелчком открылся. Теперь аккуратно, хоть и с душераздирающим скрипом петель, открываю дверь.
Пыль на полу не тронута. Не знаю, могло ли её столько накопиться в этом климате за год, но и она — хороший индикатор того, что внутрь базы не проникла никакая местная живность.
Все ключи от дверей на положенном им месте — на гвоздике в висящем на стене ящике. За исключением одного, от помещения, известного мне по плану как «кают-компания».
Я не ошибся. На столе лежит написанная от руки записка.
'Тем, кто будет нас искать.
Запасы продуктов, топлива и прочих расходных материалов, необходимых для поддержания работоспособности Базы, исчерпаны практически полностью. На острове охотиться уже не на кого, а рыбное меню опостылело. База законсервирована, и сами мы уходим в подготовленный товарищами лагерь на ближайшем соседнем острове (см. карту). Надеемся, что там удастся продержаться ещё года два, после чего будем перебираться на материк.
Два экземпляра экспедиционных материалов за все три года пребывания на острове — в стандартных тайниках № 1 и № 2. Третий экземпляр забираем с собой.
Бланк Ф. Т.
Лютикова Н. С.
Кроха Л. И.'"
"Трое из восьми, заброшенных сюда год назад. Фридрих Бланк, сорокапятилетний начальник экспедиции, кандидат наук, опытнейший геолог, проведший пару десятков полевых сезонов не только на российских просторах, но и за границей: Куба, Венесуэла…
Нина Лютикова, экспедиционный микробиолог и медик.
Людочка Кроха, — юный компьютерный гений. Двадцать четыре года. Фамилия полностью соответствует внешности, но перед заброской сюда, как и все остальные, успела освоить курс выживания и научиться обращению со стрелковым оружием.





