За окном теплился рассвет. Спать больше не хотелось, хотелось пить. И я, выглянув в коридор, аккуратно прокралась к лестнице, и уже хотела было спуститься на кухню, да так и замерла возле распахнутой комнаты с огромным портретом на стене. На нём красовалась ослепительная женщина с загорелой кожей, с русыми длинными волосами и надменным взглядом. Если бы не её гордый взор, лоск и ухоженный вид, то я бы подумала, что на портрете изображена…

Дверь перед моим носом резко захлопнулась, и меня дёрнули на себя. Передо мной огромной лавиной, грозящей подмять под себя моё хрупкое тело, навис Акулов.

Его гневный взгляд не предвещал ничего хорошего для меня. Положение усугублялось ещё и тем, что босс был обнажён по самые бёдра... Нет, даже глубже. Я могла лицезреть пояс Адониса. По всему торсу тянулись мокрые дорожки, стекавшие со ставших от воды тёмно-вороными волос.

— Это она? — я обрела дар речи, переключив свой фокус внимания с его тела на мой вопрос.

— Ты не только на язык острая, а ещё и любопытная, Волкова. Нос береги, — с раздражением проговорил Акулов и сбросил свои ладони с меня.

Он кинулся вниз. Я тут же поспешила за ним.

— Вы мне не сказали, не предупредили меня, — бросила я ему вслед.

— Это тебя не касается. Выполняешь свою часть сделки, забираешь деньги, и всё, — кинул он через плечо.

Акулов нервно заправил в кофеварку капсулу. Затем, посмотрев на меня, как на мешающее ему досадное обстоятельство, закинул ещё одну, поставив две чашечки.

Мне хотелось развернуть его к себе и заставить объясниться. Я с трудом себе представила это, а затем перечеркнула в голове всё представленное.

— Да, я вчера вписалась в сделку, но вы утаили от меня одно из главных обстоятельств, — въедливо докапывалась я.

Кофеварка противно зажужжала, а Михаил Александрович развернулся ко мне, и его взгляд стал совсем острым.

— Я уже сто раз пожалел, Волкова, что связался с тобой, любая другая на твоём месте, заткнулась бы и выполняла приказы, чётко, без разговоров, получила свои деньги и свалила в закат, — отчеканил Акулов, цвет лица его посерел и он двинулся в моём направлении.

—Я так и сделала бы, но вы не предупредили, что я, не считая причёски и макияжа, очень похожа на… эту женщину, — я следила за своим голоса, чтобы он не дрожал, но упёрлась поясницей в столешницу острова, что лишило меня даже тени возможности побега.

Акулов угрожающе навис надо мной, но остановить меня не смогло бы даже цунами:

— Вам нужна сделка, а женщина на портрете… Это ваша жена? И вы её… того? — и мой глаз непроизвольно дёрнулся.

Глава 5

Акулов угрожающе навис надо мной, но остановить меня не смогло бы даже цунами:

— Вам нужна сделка, а женщина на портрете... Это ваша жена? И вы её... того?

— Чего того? — его глаз так же дёрнулся, как и мой секунду назад.