— Я думала, она говорит, что меня погубит любовь, но речь шла о вас, о королеве…"

"— Девчонка неплохо постаралась, — признала королева, и на ее лицо на секунду набежала тень. — Мы с сэром Лиммериком долго готовили ее к этому. Но она заигралась. Может, вы и в самом деле колдунья, метресса? Вы не только поработили моего мужа, вы смутили даже мою Ланвен с каменным сердцем. Что же вы за существо, умеющее смущать не только мужчин, но и женщин?

— Это не я тому виной, — ответила я. — это ваша жестокость отвернула даже некогда верных вам людей. Ланвен разглядела вашу змеиную сущность.

И король, я думаю, чувствует это.

— Ах, король… — леди Тегвин зло поджала губы. — Дидье тоже околдовывает. За ним идут все, он умеет подчинять. Мой Дреймонд этого не умеет. А вы… Вы похожи на него. В вас та же сила, то же умение покорять. Я сразу поняла, что вы станете проклятьем моего мужа… Вы разрушите ту крепость, которую он воздвиг вокруг своего сердца. Я — увы! — не смогла до него достучаться, но зато преуспела в другом. Посмотрите, чего я добилась — еще немного, и его возненавидят так, что устроят мятеж.

— Но принц не сможет управлять, — воскликнула я.

 — Вы сами видите, у него нет таких качеств!

— Как же он может их проявить, оставаясь в стороне от власти? Дайте ему попробовать — и вы удивитесь. И я буду помогать ему.

— Так вот в чем дело, — сказала я с презрением. — Вы это сделали даже не для сына, а для себя. Это вы хотели власти.

— Ия ее почти получила, мое дитя. Не сегодня-завтра начнется восстание, и подавить его Дидье не удастся, потому что все верят, что он сошел с ума, околдованный тобой. Король и правда стал слеп от страсти, и не думает о благе своего государства.

Ему не место на троне. Как вы побледнели, метресса, — сказала она медленно. — Нет, убивать его я не стану. Все-таки, я люблю его. Он был моим мужем, и не самым плохим мужем, он — отец моего сына. Я не настолько жестока, чтобы убивать его и… вас.

— Что же вы приготовили для нас, госпожа? — спросила я, отступая и не сводя с нее глаз.

Сейчас королева, в своем черном платье, казалась мне самой настоящей ведьмой.

Одержимой дьяволом, безжалостной, бессердечной…

— Монастырь, — ответила она и снова улыбнулась страшной, полной ненависти улыбкой. — Для вас — тот самый, откуда вы так ловко сбежали.

Уверена, Ланвен будет счастлива, составить вам компанию. Кстати, я впечатлена! Верей пришел вам на помощь — даже не ожидала. Неприятно разочаровываться в людях, он подавал большие надежды. И вдруг такая глупость…

— А король?

— Для него приготовлен другой монастырь, разумеется, — она склонила голову к плечу и прикрыла глаза, наслаждаясь криками горожан, требовавшими казнить ведьму и шлюху. — Далеко на севере. На острове. Там есть маленькая келья — с крохотным окошком на юг.