Калебу это не понравится. А мальчик он горячий. Это моё платье. В вашу комнату я идти не рискнула, там трещина на полстены.

Калеб, услышав её, бросил взгляд исподлобья на мои открытые ноги, выглядывающие из-под его куртки, а затем на солдат, толкущихся у лестницы на веранду.

— Детка, — прохрипел он, — не заставляй меня ревновать...

Закатив глаза, взяла платье и скрылась в полуразрушенной кухне. Натянула его поверх грязной сорочки и, накинув куртку, вернулась.

Через пять минут мы уже ехали на соседний участок в сопровождении людей Мортена старшего.

С нашей земли убирали раненых и убитых.

— Генерал Мортен, — послышалось из планшета на поясе деда, — обнаружен Дурхов Ежух.

— Мёртв?

— Жив...

— Не сдох, значит, — хмыкнул пожилой мужчина. — Ну, об этом он у меня ещё пожалеет.

Оскалившись в злорадной улыбке, я взглянула на родственника.

За всё твари ответят.

Мне стало неожиданно легче.

Глава 51

Дом соседей находился в некотором запустении.

Пока отсутствовали хозяева, пустые комнаты снова облюбовали здоровущие насекомые. Только внутри мы спохватились, что вся мебель вывезена.

Покрутившись на месте, облачённые в чёрную форму с эмблемой Земли воины взглянули на генерала Мортена.

— Освободить первый дом максимально быстро и всё необходимое доставить сюда, — чётко произнёс он.

Кивнув, мужчины дружно развернулись на выход.

— Вы не против гостей? — уточнил дед у мистера Руфкофа.

— Нет, конечно, — улыбнулся мистер Петер. — Организовывайте всё, как считаете правильным. Не мне же вашим людям приказы раздавать.

Дед кивнул и вышел на улицу.

Растерянно пройдясь по спальне, я пыталась взглянуть из-за плеча корабельных фельдшеров на Калеба.

Но не выходило. Роста не хватало. Это усиливало тревогу.

Медкапсулу разместили на полу. Потерявшему сознание мужу хирургическими скобами скрепляли поражённые ткани на плече и попутно заклеивали биокожей ожоги.

Рядом со мной шныряли Лапушка и Жиря, суетясь и путаясь у мужчин под ногами."

"— Даллия, не переживай так, — появившийся за моей спиной мистер Янук отвёл в сторону. — Всё с ним хорошо. Отлежится и будет как новенький. Это далеко не первое ранение. Но обычно мы вынимаем из него осколки после взрыва, а вот чтобы бластером цапнуло — такого ещё не было. Он девять боевых точек прошёл, взрывал и базы контрабандистов, и мелкие поселения. Под прямым огнём столько раз находился, и ни одного заряда не поймал. А тут в собственном доме... Расслабился сынок мой и забыл об осторожности...

— Осторожность и Калеб?! — я усмехнулась. — Да он взрывчатку в кармане таскает и не хочет слушать меня.

— И меня не слушает уже очень давно. Сколько раз ему говорил — допрыгаешься и взлетишь на воздух.

— Мы даже поссорились, — поддакнула я, — в шкафу с вещами пять ящиков этих его игрушек хранилось.