Проникнуть, уболтать… Ага-ага…
Моё косноязычие среди подруг — притча во языцех.
Чего стоит только, как я ходила к рабочим во время ремонта в соседней квартире. У меня дрели нет, а мне надо было просверлить несколько дырок под новое зеркало. Ну я и пришла с фразой: «Очень надо и поглубже».
Помочь мне вызывались ровно трое. Пока не выяснили, что речь о других отверстиях. Мне так укоризненно высказали: «Не сто́ит вводить честных людей в заблуждение», что я потом ещё месяц, пока соседи ремонт не закончили, краснела, встречая этих парней на лестничной клетке.
У меня ж на лбу не написано, что я девственница.
И слава богу!
Это тоже мой секрет.
Его никто — никто не знает.
Ну кроме Зиминой, Корниенко и моего гинеколога.
Вот почему меня красноречие не подвело, когда я вдохновенно вещала про «своего» парня? Нет же. Как шлюзы открылись.
Никогда не врала, вот и начинать не надо было.
А теперь идти к монстру надо.
Страшно и стыдно.
Но лучше опозориться перед одним незнакомым, по сути, человеком, чем перед толпой родни, и стать посмешищем всего офиса на долгое время.
Торжественно клянусь, если у меня всё выгорит, я больше не произнесу ни слова неправды!
Ладно, ну кроме, как отвечать на вопрос Корниенко: «Я поправилась?».
Я так увлекаюсь поиском возможности встретиться с Зарецким без свидетелей, что упускаю главное. Наиважнейшее в моём случае.
Надо не только прорваться в кабинет генерального, но и чтобы он, собственно, там был!
А я, подкараулив, когда гарпия уйдёт за почтой, вломилась в святая святых и обнаружила, что там пусто!
И в голове у меня сделалось точно так же.
Все заготовленные слова от растерянности вылетели из памяти.
Степень моей неадекватности в этот миг можно оценить без проблем, потому что я ничтоже сумняшеся сначала распахнула дверь в уборную, чтобы убедиться, что и там Зарецкого нет, и уже потом задумалась, что бы я делала, если бы он был там.
Кажется, вселенная даёт мне знак, что сейчас не самый подходящий момент для её милостей, потому что сквозь неплотно прикрытую дверь я услышала, как в приёмную кто-то входит.
Первая мысль — Катя вернулась в рабочее стойло, сейчас она зайдёт положить почту на стол Зарецкого и спалит меня.
И что делает Лена?
Лена лезет под директорский стол.
Только вот в кабинет заходит совсем не Катя.
Под звук брошенных на стол ключей, кресло отъезжает от стола и принимает в себя крепкий начальственный зад. На несколько секунд босс замирает, а потом придвигается к столу, плотно блокируя мне возможность выхода из самой стрёмной в моей жизни ситуации.
Я забиваюсь так далеко, как это возможно, но всё равно. Одно движение коленом, и Зарецкий меня обнаружит.
