– Я потратила на тебя лучшие годы своей жизни, а ты… С бабами гуляешь, водку хлещешь, да еще не работаешь, скотина эдакая! Вот тебе, вот тебе, вот тебе!
Меня словно в грудь толкнули. Крики раздавались с моего этажа, а голоса показались смутно знакомыми."
"– Ой, кто это у вас ругается так?
– Это из пятнадцатой квартиры. И не говори, дочка. Орут и орут окаянные, аж стены трясутся. Такая пара скандальная, весь подъезд от них стонет, – пожаловалась бабка. – Мы ей все говорим: зачем так жить, разведись с ним, да и дело с концом. А она не хочет, люблю, говорит. Хотя, какая уж тут любовь? Любовь – это взаимопонимание, доброта, ласковость. А не скандалы постоянные. Верно я говорю, дочка? Вот и мы с моим Мишей, всякое бывало, но ведь... Ой, ты что-то побледнела вся, доченька…
Мне показалось, что пол уходит из-под ног.
– Вы сказали, из пятнадцатой? Не ошиблись?
Пятнадцатая – это ведь моя квартира!
– Ну да, – пожала плечами бабушка. – Там раньше девушка жила, а потом пропала без вести. Это до меня еще. Времени много прошло, ее и объявили мертвой. Наследников-то на квартиру не нашлось, вот ее и выкупила Иринка Свиридова. Ну, подмазала там, конечно, кому надо, в муниципалитете – за бесценок почти двушку получила. Она тоже в этом подъезде жила, но в однокомнатной. Свою продала, а девушки той двухкомнатную купила. Да и поселилась там с мужем своим, Ромкой этим беспутным. Не, вначале-то у них ничего было… А потом, его как с работы уволили, так и все – стал пить, по ночам шляться не пойми где, ни на одной работе долго не задерживается. Деток бог не дал. Так и живут. Только, видать, счастья-то у них нету. Проклятая та квартирка-то видать. Не зря та девушка пропала. Ниной ее звали...
– А как давно она пропала, подскажите?
– Да лет семь назад.
Я просто потеряла дар речи.
Даже ответить ничего не смогла словоохотливой старушке, чтобы поддержать разговор…
Семь лет…
Семь лет, о боже…
ГЛАВА 63
Думала, в моем мире и в Орлании время течет одинаково. А на самом деле здесь прошло целых семь лет! И все это время мое тело лежало в лесу, как законсервированное. Никто не наткнулся на него, не нашел. Ну, это положим, богиня отвела и скрыла…
И все-таки, семь лет! Целых семь лет! Я ничуть не изменилась за это время – ни единой морщинки не прибавилось.
В этот момент мимо по лестнице пулей пробежал какой-то небритый невзрачный мужик лет сорока. На всю площадку пахнуло перегаром.
Я с огромным трудом узнала в нем… Ромку. За которого замуж собиралась!
Вот только сорока ему еще не было.
Го-о-осподи!
Рома и Ирина поженились и поселились в моей квартире! Держите меня четверо!
Прежде, чем позвонить в до боли знакомую черную с серыми полосочками дверь, я перевела дыхание.
И тут она распахнулась.
