А ещё я человека убила, и, кажется, за мной пытается приударить настоящий оборотень, который думает, что я парень.
Вот влипла.
Голова гудела, сознание штормило. Свет слабо резал глаза. В горле тошнотворный ком. А вот со спиной дело обстояло лучше. Ныла, конечно, но вполне терпимо. Прокашлявшись, глухо застонала. А после, превозмогая себя, выбравшись из спальника и села, плотнее сжав полы куртки, которая была мне ой как велика.
Холодно. Зима в самом разгаре, а я на открытом воздухе сплю. Как бы ни подхватить воспаление.
Около стола, на котором готовили, крутился рослый худощавый мужчина, окинув меня взглядом, он нахмурился. Я невольно натянула шапку плотнее и завязала тесемки под подбородком.
- Часто болеешь? - задал он неожиданный вопрос: не здрасте тебе, ни какой прекрасный день, а вот так с ходу о личном.
- Нет, а вам-то что? - ответила я, подозрительно прищурившись.
Странный тип. Чего-то толчёт в деревянной плашке, вокруг травки сухие, порошки: прямо мужской аналог Бабы-Яги.
- Если спрашиваю, значит, нужно, - грубовато гаркнул он.
Подсобравшись, сглотнула. И решила в обиду разным тут себя не давать.
- А у вас сколько женщин за последнее время было? - пошла я в атаку, желая сразу поставить этого мутного незнакомца на место.
- А тебе зачем? - задал он правильный вопрос, кажется, даже растерявшись.
- Если спрашиваю, значит, нужно, - вернула я ему его же ответ. Нахмурился, подумал немного и рассмеялся. При этом незнакомец заваривал какие-то травы. Скатывал сухие листики, шинковал корешки.
Кажется, до меня стало доходить.
- Вы Хайтар, - догадалась я, что передо мной лекарь.
- Да. Что со спиной? Фав сказал - куртка в крови была. Покажешь?
Ага, сейчас я тебе всё показала. И даже пощупать дала.
- Нет, - покачала я головой.
- Чего так, скромный такой? - поддел он меня.
- Да, уж поскромнее, - я невольно сосчитала взглядом четыре кубика пресса на его плоском животе.
- Ну, допустим, стеснительный. Что у тебя там, порез? - допытывался он.
- Нет, меня высекли - призналась я, - ещё по голове приложились. Дважды!
- Болит? Тошнота есть?
- Да, - пробормотала я и сжала виски.
- Зрение как, не беспокоят глаза?
- Режут, - простонала, сообразив, наконец, что передо мной как бы местный аналог терапевта, которому можно и поплакаться. А состояние у меня было такое, что только ныть и страдать.
- Ясно, отлежаться нужно. А высекли за что?
Кхм. Я исподлобья бросила на мужчину подозрительный взгляд. Вот это ему зачем знать? Спина, глаза - это понятно, а остальное, что за допросы. Но врать! Наверное, не стоило. Нутром чуяла, и так меня тут приютили, заврусь, так погонят метлой от спальных мешков и котла с едой обратно в лес дремучий.
- За то, что не знал, где ваш лагерь, - созналась я.
- А если бы знал? - прищур лекаря стал подозрительным.
