Мама Фила пьяна. Она тянет ко мне руку, и я невольно отшатываюсь.

— Мама! Отойди от нее! — Между нами встает Филипп.

— Фил, открой дверь, — шепчу я, но кажется мой писк он не услышал.

— Кто разрешил тебе привести эту… в мой дом?! — Она хочет ухватиться за Фила, но тот уворачивается, отталкивая меня назад, еще дальше от двери.

— Дарина — моя сестра! — заступается за меня Фил.

— Сестра? Не-ет! У меня больше нет детей, а те, кого успел нагулять твой папочка, к тебе не будут иметь никакого отношения!

— Мама, иди спать. Иначе я расскажу папе, что ты опять пьешь.

— Говори! — с издевкой в голосе разрешает ему мать. — Только где он, твой папочка? А?! Нет его! Ему важна какая-то полудохлая старушенция и вот эта… — Она тычет в меня пальцем, словно хочет проткнуть, и смотрит с пьяной поволокой. — Но это не так! Ему никто не нужен. Ни я, ни ты. Только вот эта! Так вот знай, — в меня впиваются ненавидящим взглядом, — что ты ему тоже не нужна! Он сам отправлял твою мать на аборт! А ты — чудовище, которое не должно было родиться!

Замираю от страшных слов и не могу вымолвить ни слова. Мне кажется, что я попала в какой-то ужастик, который находится за дверью с кодовым замком.

— Мама! Иди проспись! Ты несешь бред! — Фил пытается протиснуться к двери, но там стоит его мать.

— Бред?! — Мама Филиппа неестественно смеется. — А ты спроси своего папочку, почему он бросил ее мать!

— Это неважно. Иди спать! — повторяет Фил.

— Не важно?! Не-ет! Важно! Потому что она должна была родиться уродом! У-ро-дом! И никому была бы не нужна! Не нуж-на! Кому нужна нежеланная дочь? А сейчас он носится с ней, чтобы замолить свои грехи. Только поздно! Она и есть урод! Только никто этого не видит! — Мама Филиппа резко выпрямляется. — Отойди, — приказывает она своему сыну.

— Нет."

"— Отойди, я сказала! Живо!

Я вздрагиваю от ее крика, но Фил упрямо стоит на месте, загораживая меня собой.

— Нет, — повторяет он.

— Филипп, уйди!

— Хорошо. Я так и сделаю! — вдруг выпаливает Фил и отталкивает свою мать, которая и так неровно стоит на ногах.

Пока женщина пытается поймать равновесие, Фил вводит код, и дверь отрывается. Мигом выскакиваю в подъезд и тороплюсь к лестнице.

— Стой! — доносится голос, пробирающий до самого сознания.

Стараюсь быстрее, насколько это возможно, спуститься вниз. Нога еще плохо слушается, и бежать по ступенькам очень неудобно. Больше не могу. Останавливаюсь и хватаюсь за колено.

— Дарина! — Фил едва не налетает на меня. — Больно?

— Да. — Слезы сами катятся по щекам. Не столько от боли, сколько от обиды. А может от всего сразу.

— Я вызову лифт. Сейчас.

— А ну, вернись! — снова доносится женский крик.

— Фил. Иди домой. Я сама.

Но Фил не слушает меня, и мы вместе заходим в лифт. Отворачиваюсь, чтобы он не видел мое лицо.