Здесь все ближе к природе и на какие-то вещи смотрят проще, в любом случае ещё ни одной кошке за внеплановый загул ворота дёгтем не измазали…
За чаем мы оба разомлели, а потому все ужасы, которые мне понарасписывал наш главный масон, скорее вызывали сдержанную улыбку, а то и откровенное хихиканье…
– Ой, а может, ви специально подсунули мне этого Еремеева? Я не против, если люди иногда шутят, но он шутит так, шо во мне поднимается против всё! Когда я привёз полную телегу яиц в город, на мой скромный гешефт сбежалось всё ваше отделение! Они хором объявили, шо теперь тоже записались в масоны и хотят взять свой законный процент от продажи Родины! И таки они его у меня буквально взяли… яйцом! Моя Сара успела унести не больше корзинки, и детям его хватило тока на два раза по омлету, без гогель-могелей… Где справедливость, я вас спрашиваю!
Дальше – больше… Лукошкинцы, как я уже не раз упоминал, народ деятельный и социально активный. Утром сегодняшнего дня, с четырёх часов, то есть сразу после петушиного пения, к дверям Шмулинсона выстроилась длинная очередь с письменными заявлениями – хотим в масоны, раз у них бесплатно яйца дают! Представляете, с каким лицом несчастный Абрам Моисеевич вышел на улицу? Да если б не еремеевские стрельцы, его бы вообще из города не выпустили…
– И таки без яиц уже не впустят!
– А что по этому поводу царь говорит? Вы ведь наверняка к нему наведывались. – Честно говоря, я мог бы вести себя повежливее и войти в его положение, но… Вот ей-богу, так хотелось чуточку повредничать.
– Ах, царь. – Абрам Моисеевич изобразил приступ удушья и боль в сердце. – Ваш… пардон, наш! Наш государь тоже обладает чувством юмора и торжественно пообещал, что сам примет жидомасонство, если я умудрюсь удовлетворить потребности города в тех же (чтоб им пусто было!) яйцах. После этого меня же ещё и поколотили посохами ваши недружелюбные бояре! Говорят, что таки за измену Родине…
– Да уж у меня тоже вечные проблемы с нашей Думой. Ладно, вопрос с заявлением Марфы Петровны мы опустим, но и вы, в свою очередь, завязывайте выбивание процентов с нашего младшего сотрудника. Нехорошо получается, вроде работаем в одной упряжке, а вы со своих же яйца стрижёте…
– Ша! Кое-где ви, бесспорно, правы. Я почти готов раскаяться, но тут есть ещё один момент, и он таки меня щекочет. – Шмулинсон наклонился к моему уху и еле слышно прошептал: – По селу ходят слухи, шо где-то тут открылось новое месторождение соли и права на его разработку до сих пор ещё никто не предъявил… Оно так и есть? Ви о нём слышали, щупали, лизнули? И шо, мы с вами даже с этого ничего не поимеем?
– Абрам Моисеевич, у нас много дел.
