Не видать ему теперь моей девственности, еще как минимум полгода. Хотя я вчера почти ему отдалась. Слава богу, я вовремя его остановила.

Черт бы побрал мои гребаные принципы и брезгливость. В наше время девственность этот ненужный элемент, а я все никак не могу от нее избавиться, как только я нахожу достойную кандидатуру, чтобы от нее избавиться, внутри меня что-то щелкает, и я не могу. Дашка называет меня ненормальной, советуя сходить к психологу. Вот и вчера, я была пьяная и смелая. Можно сказать, я для этого и напилась. Все было хорошо, я даже получала удовольствие, но нет же, в самый ответственный момент я заехала Славику между ног.

Надеюсь, сегодня он этого не вспомнит, хотя мне плевать.

Умываюсь холодной водой, чищу зубы, расчесываю волосы, собирая их в высокий хвост. Выпиваю заранее припасенные в шкафчике таблетки от головной боли. Натягиваю шорты, поправляя любимую футболку. Я точно ненормальная, мои шкафы ломятся от одежды, половину из них я даже не надевала, но я никак не могу избавиться от этой старой футболки с котенком. Я не усну, если не надену ее на голое тело."

"Лениво спускаюсь вниз, делая вид, что чувствую себя очень хорошо, прохожу в столовую.

Наблюдаю привычную утреннюю картину. Мать, одетая с утра, словно собралась на прием, отец в голубой рубашке, брюках, хотя сегодня выходной. Но отца еще можно понять, у него всегда дела и посетители, в выходные он работает дома. Люба бегает вокруг них, суетясь, подавая папины любимые блинчики, для матери фрукты и обезжиренный творог, потому что она на вечных диетах, которые ей не помогают, и тогда она ложится под нож. На ней уже живого места нет. Но жена Аркадия Вячеславовича, кандидата в губернаторы, должна выглядеть на все сто. Они и из меня хотят сделать идеальную дочь, которую не стыдно показать народу. Не дождутся, они получили ровно того ребенка, которого вырастили.

Сажусь на свое место, тут же выпивая стакан воды под пристальным взглядом отца. Он хмурит брови, но молчит. У него такая традиция, сначала завтрак, обед или ужин, все зависит от ситуации, а уже потом, на десерт — разговор. Кажется, даже если я буду на грани жизни и смерти, они сначала спокойно поедят, а уже потом будут выяснять, что со мной. Наливаю себе с кофейника бодрящий кофе, осматриваю стол и понимаю, что совершенно не хочу есть, меня немного тошнит после вчерашнего.

Я бы с удовольствием поднялась наверх, приняла бодрящий душ, привела себя в порядок и сбежала из дома куда подальше. Но мне нужно сидеть здесь, ковырять в тарелке, и ждать, когда отец прочитает мне очередную лекцию на тему: «Таисия непутевая дочь» Допиваю кофе, съедаю кусочек груши, смотрю в окно, замечая, что осень почти вступила в свои права. Сегодня последний день лета, и я бы хотела провести его как-то по-особенному.