– Да неужели, – фыркнул отец.
Нахмурилась, снова посмотрела на красавчика – он стоял в тени, возле полузакрытой гардины, но видела я вполне чётко.
– Точно не знаю. В первый раз вижу.
Папа помолчал, пытаясь распознать ложь. Потом прозвучало:
– Зато он тебя знает.
Тут я, наконец, сообразила, что наказание за дымящую колбу с повышенным магическим фоном откладывается, и расслабилась. Он знает? И что? Я-то тут при чём?
– Меня много кто знает, – ответила, пожимая плечами.
Отец вздохнул, но не отступился:
– Аделаида, я настаиваю. Где вы познакомились и как это случилось?
Я вновь перевела взгляд на красавчика, который явно забавлялся происходящим, и, подумав, попросила:
– Можете отодвинуть гардину?
Мужчина кивнул.
И вот когда стало светлее, я поняла, что всё хуже некуда, и с «человеком» этим действительно знакома. Просто не видела его в этой ипостаси. Но не узнать пронзительно-зелёные глаза было нельзя.
– А-а-а… – произнесла я, бледнея.
– То есть всё-таки знаешь, – сделал вывод папа.
Незнакомец, вернее знакомец, заправил за ухо огненную прядь и ухмыльнулся, а я трусливо зажмурилась. В голове калейдоскопом закрутились события недавних дней, и с языка сорвалось:
– Но ты же старик!
– Серьёзно? – отозвался Рокот. – С чего ты взяла?
Голос оказался не менее чарующим – бархатистым, с рычащими нотками какого-то незнакомого акцента. Только поддаваться этому очарованию я не собиралась.
– Птицелов требовал, чтобы я относилась к тебе с уважением, потому что ты старше!
– Так я действительно старше, – хмыкнул дракон, складывая руки на груди. – Тебе сколько? Восемнадцать?
– Семнадцать, – сказала сердито. – Я пошла в школу на год раньше.
– Ну вот видишь, тебе всего семнадцать, а мне… Не важно сколько, но я старше.
Я мысленно застонала от этой дурацкой логики.
– К тому же я… – вновь подал голос дракон, но тут же замолчал, словно передумав рассказывать. – Скажем так, у Птицелова были причины требовать соблюдать этикет.
Меня объяснения не удовлетворили вообще!
– Кто ты? – рыкнула требовательно.
– Тебе родословную показать?
Я потерялась от такой наглости – вот уж хам каких свет не видывал. А дракон выдержал паузу и заявил:
– Не волнуйся, малышка, с моими титулами тоже всё в полном порядке.
Я и не волновалась, просто такое превращение из немощного не способного к смене ипостаси старика во вполне себе молодого и здорового нахала было слишком неожиданным и каким-то несправедливым. Я ведь верила, сочувствовала ему, а тут… сочувствовать, судя по всему, нужно не ему, а мне.
– Ты… – я изобличительно ткнула пальцем. – Не можешь менять ипостась!
Рокот посмотрел как на дурочку, и я с этим мнением согласилась. Ведь уже понятно, что всё он может, просто… вырвалось. Само с языка сорвалось.
