В школу я его вызывала из-за тебя, и сюда приехала по той же причине!

Да, я немного привираю. Но мне приходится, потому что объяснить все по-другому не выйдет.

Никита банально не поймет и не примет. К тому же, я не могу дискредитировать его отца. Их отношения и так непонятно на чем держатся.

— Поэтому таскаете на себе его футболку? — зло цедит мальчик. - Хотя, знаете, Варвара

Владимировна, - с презрением растягивает мое имя-отчество, — мне срать вообще! Ебитесь, сколько хотите!

— Никита! - взрываюсь от возмущения. Мои щеки при этом загораются красным. От стыда, конечно. И оттого, что тема поднимается весьма недетская. Да и в выражениях подросток не стесняется.

Мы смотрим друг на друга, пока я первая не прерываю накопившееся молчание:

— Мои вещи перепачкались в дороге. Если хочешь - проверь эту информацию у Аллы Егоровны, она подтвердит.

Никита недоверчиво хмыкает.

— Я понимаю, как тебе больно. Но твой отец от просто...

— подбираю слова, но подросток дополняй фразу за меня:

— Просто гондон?

— Просто запутался, как и ты, - предлагаю свою версию. - Он твердолобый и упертый, но ты не должен быть таким. Ты можешь пойти навстречу первым. А еще, я уверена, Тимур Александрович любит тебя. Просто не умеет этого показывать.

— Мой отец никого не любит, поняла?! Даже себя! И когда ты это поймешь, то свалишь отсюда тут же!

Да, Никит, если бы ты знал, что уйти от твоего папы не так уж и просто. И я бы давно, как ты говоришь, свалила, если бы Тимур только дал мне этот шанс.

Хотя, он ведь давал. Предлагал уезжать домой. Но это, в любом случае, значило только одно -"

"Абрамов бы вернулся. Приехал ко мне. Ведь отпускать «свое» ни в его правилах.

— Я никуда не свалю, пока не достигну своей цели! - уверенно заявляю. Дальше следовало бы добавить: «Помирить вас», но я не успеваю этого сделать.

Никита бросается на меня, и останавливается слишком близко. Яростно раздувает ноздри. Только сейчас замечаю, что, оказывается, подросток выше меня ростом.

Определенно, парень взял лучшее во внешности своего отца. И даже приумножил. И когда он подрастет, все девушки, встречающиеся на его пути, без сомненья втрескаются в этого красавчика.

— А разве ты не достигла ее? - со злой усмешкой Никита нависает надо мной. И я вижу, куда обращен его взгляд. Подросток с жадностью пялится на мои губы, потому поджимаю их.

Такому не учили в институте. И я не знаю, как себя вести. Потому отталкиваю наглеца обеими руками.

— Это все иллюзия, Никит. На самом деле, я тебе не нравлюсь. Такое бывает, когда ребенку не хватает материнской ласки. Это давно доказано психологией.

Не понимаю, откуда берется во мне вся эта уверенность. Но я держусь очень стойко.

Произношу свои слова ровно, на одном дыхании, и почти не краснею.

Мне правда жаль, что стремясь все исправить, я только усугубила.