– Балрик сказал, что вы упали! Давайте-ка я на вас осмотрю! Моя дорогая деточка!
Тилли так обрадовалась при виде этого чудного человечка, что я грешным делом подумала, уж не влюблена ли она в него. Но все оказалось куда серьезнее.
- Леди Рене, это доктор Либерман. Он лучший в своем деле! Помните его? Он лечил все ваши детские болезни!
Я отрицательно покачала головой. Они что, издеваются?
- Наша леди просто не узнала меня! – засмеялся доктор, присаживаясь рядом со мной. У него было круглое лицо с красными щеками, на котором блестел нос-картофелина. На макушке топорщился «гребешок» рыжеватых волос. От него приятно пахло какой-то микстурой и, как мне показалось, хорошим бренди. – Последний раз мы виделись пять лет назад, когда леди Рене была пятнадцатилетней девчушкой с непослушными кудряшками, а я стройным мужчиной в расцвете лет! Да и волос у меня было побольше!
Пять лет назад мне было двадцать пять и у меня никогда не было кудряшек! Я всегда гордилась своей густой, идеально прямой шевелюрой, которой не требовалось кератиновое выпрямление и всякие там утюжки."
"- Покажите мне свою головушку, - мужчина поманил меня толстеньким пальцем, чтобы я наклонилась к нему. – О-о… да тут у нас огромная шишка! Милая моя… ну что же вы так неаккуратно…
Он указал на саквояж, и Тилли быстренько подала его, неся так осторожно, будто он был из хрусталя.
- Сейчас мы избавимся от этого безобразия, но оставаться в постели вам нужно не меньше недели, - «обрадовал» меня доктор Либерман. – Пока не пройдет ушиб мозга.
- Сотрясение? – уточнила я, и он удивленно взглянул на меня, приподнимая на удивление густые брови.
- Сотрясение мозга? Интересно… Но как точно! Где вы услышали такое определение?
- Все так говорят… - я не понимала, как он собирался лечить меня, если не знал элементарных вещей.
- Столица всегда первая попадает под новые веяния… Мода, литература, а теперь вот и названия болезней… - вздохнул он и попросил: - Леди, прошу вас, лягте на бок.
Я послушно опустилась на подушки и перевернулась на правый бок. Резкая боль заставила меня вскрикнуть, но встать мне не дала Тилли. Она сжала мои плечи и проворковала:
- Тише, тише, леди Рене… Доктор избавляет вас от этой некрасивой шишки! Нельзя же молодой леди ходить с лиловой гадостью, которую видно за милю!
- Он что, мне ее отрезает?! – возмущенно воскликнула я, но он лишь рассмеялся.
- Я всего лишь сделал небольшой надрез, чтобы засыпать в него порошок льдинника. Через минуту от шишки не останется и следа.
Что это за средневековая медицина?! Как только Тилли отпустила меня, я села и прикоснулась к опухоли. Но ее не было! Как такое возможно?!
- Вот и хорошо, вот и замечательно… - доктор довольно потер руки.
