Вот гады!

На распахнутой двери кареты висел оскалившийся орк, а совсем рядом бежал, готовясь запрыгнуть внутрь, эльф.

Я вскинул ружье, но тут краем глаза заметил движение.

Бах! — почти накрывшая меня дриада рухнула и, ударившись о край крыши, отлетела на дорогу. В этот момент эльф прыгнул.

Хдыщ! — кнут щёлкнул и со всей дури прошёлся по лицу и груди остроухого.

Тот заорал и отправился вниз. Карета подпрыгнула. Видимо, он угодил под колеса.

Кнут снова взвился.

Хдыщ!

— Ра-а-а-а-а! — орк разжал пальцы и покатился по чёрным камням.

— Папа, лови! — Кирпичик бросил ружьё, я и, поймав его, всадил пулю в голову уже готовившегося к тарану единорога.

Тут же рядом пронеслась Виза и сбила падающую на меня дриаду.

Следующую я завалил сам, на этот раз — копьём.

— Ну и гадость, — поморщился я, глядя в красные глаза и искажённое ненавистью лицо обычно таких милых разумных.

Нет, это не они, так что никакой жалости.

Я скинул с окровавленного копья тело и прыгнул назад на облучок. Кирпичик тут же выхватил оба ружья, но эта волна уже закончилась.

Дорога внезапно взяла резко вверх, и карета серьёзно замедлилась.

— Пошли! — рявкнул я и опустил кнут.

— Кваш! — недовольно огрызнулся скальник и резко дёрнул. Постромки угрожающе затрещали, при этом скорость не увеличилась и сейчас едва ли достигала пяти километров в час.

«Там дальше подъём ещё круче!» — предупредила Виза.

Ага. И, сдаётся мне, хрен наши скакуны этот подъём осилят.

— Виза, веди! Кирпичик! На крышу с ружьями и смотри по сторонам!

Наследие уступил место, а летучая мышь спикировала и, едва коснувшись облучка, превратилась в черноволосую девушку.

— Я не умею!

— Вот этим вот так! — я показал, как работать вожжами. — А вот этим вот так, — и опустил кнут на спину скальнику. — Только не переборщи, чтобы они постромки не порвали.

— Чего не порвали?

— Не важно.

Я передал рабочие инструменты Визе, а сам соскочил на землю и, обогнув карету, стал троллем. Ну погнали!

Я не видел реакции скальников, но довольное урчание до меня всё же донеслось. Ещё бы! Они уже думали, что хозяин их сгнобит, а тут — бац! — и давящая на плечи и ноги тяжесть почти пропала.

— Ускоряемся! — простучал я и, упёршись каменными руками в заднюю стенку кареты, перешёл на бег.

Медленный, но бег.

По счастью, способность понимать языки всех рас Виза не потеряла и в этом облике.

— У меня получается! — радостно крикнула она, а сразу следом свистнул, звонко щёлкнув, кнут. — А им не больно?

— Нет! Им приятно!

— Хорошо! — кнут снова свистнул, и в этот момент грянул выстрел.

Я резко вскинул голову и передумал ругать Кирпичика за торопливость. Увидь я такое сам, тоже сразу выстрелил бы.

Дриад заменили пегасы. Разумеется, с такими же злобными рожами, клыками и красными глазами без зрачков.