На полу раньше лежал очень дорогой светлый ковер, сейчас он исчез, пропала картина неизвестного художника, пишущего в стиле «Боттичелли», стены стали темнее. Неизменным остался пол, изогнутая лестница и хрустальная люстра, по типу тех, которые украшали комнаты в монарших дворцах девятнадцатого века. Видимо, Пейсли хватило только на двор, ведь все остальное не сильно поменялось, но это я еще не видела другие комнаты.
Отец и мачеха разбежались практически сразу после моего отъезда. Саванна – моя кузина была единственным человеком из прошлого, кто знал мое точное местоположение, но она никому не рассказывала, где я обитаю и чем занимаюсь.
Как оказалось Мегера солгала ему насчет своей беременности, отношения между ними стали стремительно портиться и отец выставил ее. Что происходило после, я не знала.
– Где отец? – спросила я.
Так уж получилось, что я потратила все деньги трастового фонда, так и не сумев их приумножить.
Я верила, что отец поймет меня. У меня ведь только-только начало получаться, я одевала богатых людей в платья своего производства, а после те блистали на важных мероприятиях. Мне не хватало совсем чуть-чуть до триумфа. И как только отец узнает об этом, он поможет мне.
– Барбара, присядь, – мягко начал Эрни.
Я зависла на секунды с приоткрытым ртом. А затем возмущенно покачала головой.
– На пол?
– Пройдем на кухню, нам нужно поговорить.
– У меня нет времени на бессмысленный треп о жизни, где он? Мы быстро решим мой вопрос, и я уеду.
Я желала взять у отца что-то вроде кредита. По моим подсчетам года мне хватит на то, чтобы реабилитироваться и превратить мой маленький бренд в большую империю.
Но Эрни после моего вопроса выглядел таким ошеломленным, что это моментально лишило меня всей уверенности.
– Ты не знаешь… Я думал, тебе сказали.
Сердце громко ухнуло в груди, настолько, что этот стук эхом отразился в моих ушах.
– О чем ты? Что он уже успел сделать, продал меня пиратам?
– Барбара, твой отец… Он умер.
Секундный шок заставил меня замолчать, слова Эрни, словно на повторе крутились в моей голове. Но в следующее мгновение ярость переполнила меня.
– Что ты сказал? – сощурив глаза, спросила я.
– Оливер болел долгое время, неделю назад он скончался от сердечного приступа.
