А машину Карасева откопали в двадцати метрах от этой обочины, в болоте, увязшей по бампера, сам же он лежал с раздробленным черепом в багажнике. Удар был такой, что все мозги наружу!"

"— А до этого господин Маркарян и вовсе сомневался в наличии у Карасева мозгов, — печально сказал Кругляшов.

— Утром того же дня, когда обнаружили труп Карасева и отправили Феоктистова в больницу, я бросился к этому парню с лампой! — продолжал Маркарян. — Я был в такой ярости, как будто мне в нутро залили кипящий свинец! Ничего перед собой не видел! Я ворвался к нему в квартиру, он сидел и вяло тер свою лампу. Честное слово, я бы пришиб его на месте! Он будто дремал, но при моем появлении поднял голову и начал улыбаться… так бессмысленно, что я никогда бы не поверил, что из-за этого почти что животного погибли трое довольно близких мне людей! То есть не из-за него, конечно, но ведь он тут явно при делах, потому что так точно!..

— Спокойнее, Гамлет Бабкенович, — остановила его я, потому что Маркарян снова сорвался на довольно неразборчивую речь и принялся брызгать слюной. — Все по порядку. Я так понимаю, что вы ему ничего не сделали?

— Да, правда. Я ему ничего не сделал. Мне потом показалось, что даже если бы я захотел что-то с ним сделать, то ничего не СМОГ бы! Ведь не зря же один из тех моих парней, что собирались его прессовать, убит! А второй лежит в реанимации, и неизвестно, когда он придет в себя, чтобы можно было спросить, что за чертовщина с ними обоими произошла, после того как этот придурок с лампой вышел из подъезда. Не из своего, заметьте, подъезда! Да и… — Маркарян понизил голос и, боязливо посмотрев по сторонам, добавил: — Да и, быть может, он совсем не тот, за кого его принимают? Может, он никакой и не придурок?

— То есть Гамлет предполагает, — довольно-таки развязным тоном, представлявшим собой весьма значительный контраст с предыдущими его ремарками, подал голос Кругляшов, — что этот паренек из соседней квартиры только выдает себя за дурачка, а на деле является злобным суперменом, который способен уничтожить на месте кого угодно!

Маркарян злобно сверкнул на психоаналитика глазами, но я поспешила вмешаться:

— А что? Гипотеза, которая имеет право на существование. В моей практике есть случай, когда один алкаш взял на постой старуху, свою родственницу. По крайней мере, на этом он сам настаивал. Так вот, старушка была очень почтенного вида, ездила в инвалидной коляске и, однако же, несмотря на это, оказалась киллером высочайшей квалификации, причем мужского пола! Киллер ранее был актером и в совершенстве владел искусством грима.

— А зачем же он поселился к этому алкашу… да еще под видом старушки? — пролепетал Маркарян.

— Да очень просто. В доме напротив жил крупный бизнесмен, которого киллеру заказали.