Как будто никто и не сидел рядом с ней. Как странно. Неужели новенькая пересела? Маловероятно, ведь Джессика все еще тараторила, обращаясь к ней. В растерянности я поднял глаза. Мой добавочный «слух» в проверках никогда прежде не нуждался.
И опять наши взгляды встретились – мой и взгляд широко распахнутых карих глаз. Она сидела там же, где и прежде, и смотрела на нас – в этом я не усматривал ничего удивительного, ведь Джессика продолжала кормить ее местными сплетнями о Калленах.
Со стороны новенькой думать о нас тоже было бы вполне естественно.
Но я не различал ни единого шепота."
"Теплый, призывный румянец проступил на ее щеках, она потупилась, исправляя досадную оплошность – ее поймали глазеющей на незнакомого человека. К счастью, Джаспер по-прежнему смотрел в окно. Даже представлять не хотелось, как отразился бы на его умении владеть собой этот мгновенный прилив крови.
Чувства так отчетливо читались на ее лице, словно были выписаны на нем словами: удивление по мере того, как она невольно замечала неявные признаки межвидовых различий – между собственным и моим видом; любопытство, с которым она выслушивала рассказ Джессики, и еще что-то… Влечение? Не у нее первой.
Но, несмотря на всю отчетливость отражения мыслей в ее необычных глазах – необычных из-за их глубины, – я слышал лишь тишину с того места, где сидела она. Только… молчание.
Я ощутил мимолетное беспокойство.
Ни с чем подобным я еще никогда не сталкивался. Со мной что-то не так? Но я чувствовал себя в точности как всегда. Тревожась, я прислушался как следует.
Все голоса, которые я до сих пор отключал, вдруг завопили у меня в голове.
«… знать бы, какой музон ей по нраву… может, про мой новый диск при ней сказать…» – думал Майк Ньютон на расстоянии двух столиков от меня, не сводя глаз с Беллы Свон.
«Гляньте, как он на нее вылупился. Мало ему, что половина девчонок школы ждут, стоит ему только…» – язвительные мысли Эрика Йорки тоже вращались вокруг девчонок.
«…аж тошнит. Как будто она знаменитость или типа того… Даже Эдвард Каллен уставился… – На лице Лорен Мэллори была написана такая острая зависть, что ей по любым меркам полагалось бы густо позеленеть.
«…спорим, об этом ее спрашивают все подряд. Но поболтать-то с ней хочется. Что бы такого придумать пооригинальнее?» – ломала голову Эшли Даулинг.
«…а вдруг она будет со мной на испанском…» – надеялась Джун Ричардсон.
«…куча домашки осталась на завтра! Тригонометрия да еще тест по английскому.
