Свекровь улеглась на полу и вдруг начала дергаться. Ее зубы, огромные, как клавиши у рояля, застучали друг о друга. Я малость отошла от злости и слегка встревожилась — а ну как свекровушку и вправду хватит кондрашка? Еще, чего доброго, мамаша отбросит лыжи, а на меня потом скажут…

Поскольку Кирюша бестолково суетился над мамочкой и только заламывал руки, я притащила с кухни ковшик холодной воды и выплеснула свекрови в лицо. Она чихнула, проморгалась, потом села и слабым голосом сказала, что умирает.

— Ну, все в порядке, — бодро сказала я Кирюше, — можешь дать ей успокоительного и уложить.

Вместо того чтобы поблагодарить, этот паршивец вдруг разъярился и набросился на меня чуть не с кулаками.

— Ты! — выдохнул он. — Все из-за тебя!

— Выгони ее из нашего дома, — сказала свекровь, причем голос ее окреп на глазах, — иначе я не встану. Ой, плохо, сердце колет!

Притвора несчастная! Знала бы — не приводила ее в чувство, пускай бы валялась на полу и стучала зубами.

— Убирайся вон! — заорал этот негодяй, мой муж, теперь уж точно могу сказать, что бывший. — Чуть маму до смерти не довела!

Ой, я вас умоляю! Да эту жабу об асфальт не расшибешь! Я нисколько не преувеличиваю, потому что свекровь начала приподниматься с пола, оперлась на тумбочку и простерла в мою сторону руку.

— Или я, или она! — заговорила она трагическим голосом. — Выбирай, кто тебе дороже — мать или эта!

Хорошо, что она не добавила никакого ругательного слова, я могла бы снова завестись. А так внезапно всплыл вопрос: что я, собственно, тут делаю? Ну, высказали мы со свекровью все, что думаем друг о дружке, ясно, что семейная моя жизнь на этом кончилась, так что нужно уходить. И только было я хотела уйти в комнату собирать вещи, как этот ненормальный, мой муженек, вдруг схватил меня и вытолкал за дверь. Я и опомниться не успела, как оказалась на лестничной площадке, а он выбросил мне сумочку и жакет.

— Открой! — я застучала в дверь. — Открой немедленно!

— Умираю! — слышалось из квартиры, видно, свекровь снова принялась за старое."

"Я собралась открыть дверь своими ключами, но не тут-то было, муженек защелкнул замок на собачку. Я начала колотить в дверь ногами, тогда он крикнул мне, что уже вызвал милицию и что они скоро приедут. Сначала я не поверила — дурак он совсем, что ли, потом подумала, а вдруг и правда? От этой семейки всего можно ожидать. Скажут ментам, что я буянила, предъявят Кирюшин синяк, я тут не прописана, еще заберут меня менты для выяснения. А там накостыляют и запрут в «обезьянник» до утра. А вызволить меня может только тетя Галя. Но ей проблемы мои совсем не к месту.

И тут я заметила, что сжимаю в руках ключи от квартиры Сергея. Как схватила их тогда, так и не бросила. Я отошла от дверей и присела на подоконник.