— Ты здесь?

Юля встрепенулась, возвращаясь к реальности:

— Извини, я задумалась! Ты что-то сказал?

Молодой человек кивнул на барный стул:

— Присядь, говорю! Отдохни немного, пока я коктейль делаю!

Благодарно улыбнувшись, она торопливо уселась на предложенное место и едва не застонала от облегчения. Налившиеся свинцом ноги чуточку расслабились. Наблюдая за тем, как Миша виртуозно смешивает напитки, Юля мечтала лишь об одном — чтобы эта ночь закончилась как можно быстрее. Но ее мечтам не суждено было сбыться. Едва девушка отнесла коктейль клиенту, пейджер на ее запястье дважды просигналил — кнопку вызова почти одновременно нажали посетители сразу двух столиков, закрепленных за ней.

И, как назло, оба эти столика располагались в стрип-зоне. Ей бы обрадоваться, ведь любители стриптиза, как правило, не скупились на чаевые, но всякий раз оказываясь там, среди обнаженных красоток, она испытывала неловкость. Виной тому была их дурацкая униформа, в которой Попова тоже чувствовала себя голой, ведь короткие черные платья обтягивали стан официанток, точно вторая кожа. А чулки в крупную сетку и белые переднички придавали образу соответствующей пикантности.

«Господи, помилуй! На панель девчонки скромнее одеваются!»

Жалобно захныкав, она возвела очи к небу. Но деваться было некуда.

Спустя несколько минут Юля добралась до одного из столиков. Стараясь особо не вглядываться в толпу из восьми-десяти человек, лучезарно улыбнулась и произнесла:

— Добро пожаловать в «Запретный плод». Я к вашим услу…

— Попова? — ошарашенно воскликнул кто-то из этой развеселой компании до жути знакомым голосом.

Голосом, от которого в горле встал болезненный комок, и резко обострился рвотный рефлекс. Юле стало жарко.

«Черт! Черт! Ну почему именно я?»

Скользнув внимательным взглядом по присутствующим, девушка поняла, что знает их всех. Сложно не узнать бывших одноклассников. Бывшую подругу.

И бывшего парня, который сейчас не сводил с нее своих изумленных глаз.

— Вот это да! — мерзко захихикала Кристина. — Вот это тебя жизнь потрепала!

«Спокойно! Спокойно! Мне нельзя накидываться на нее с кулаками! И отвечать грубо тоже нельзя! Я на испытательном сроке.

Меня уволят!»

Едва сдерживая ярость, клокочущую внутри, Юля спрятала свои дрожащие руки за спиной и практически до крови вонзила острые ногти в ладони.

Ей хотелось кричать. Отчаянно. Истошно. От боли. От унижения. От обиды. Так сильно хотелось, ведь кровь, бегущая по венам, ощущалась кислотой.

А Заболоцкая все не унималась:

— Как дела? Что нового? Папочку своего давно видела?

Девушка вздрогнула. В сердце будто острый кинжал вогнали и провернули там для верности.