– Не строй из себя дуру, тебе не идет, – стряхиваю с себя ее ладонь, не обращая внимания на обиженное сопение.

В голове мысли сменяют одна другую: что такого об Эмме мне хотел сказать Давид? То, что это важно и значимо для нас, нет сомнений: иначе бы друг просто сообщил информацию по телефону.

– Черт, груз Павловского застрял на границе! Черт! – Давид витиевато матерится. Я хмурюсь.

– В чем дело? Там же документы все в норме были! Мы все сверяли, все проплачено.

– Я знаю! Но дело в том, что Павловский решил с нашим грузом «передать» кое-что еще. И теперь мы с тобой влетели на охрененные бабки!

Теперь уже я выражаюсь, хлопая по столу ладонью.

– Ладно, я уже дал задание помощнице, она заказывает билеты, и я вылетаю первым рейсом. Попробую разрулить на месте.

– Спасибо, брат, – встаю, хлопаю друга по плечу. – На связи. Я тебя здесь страхую.

– Поищи пока хорошего юриста. Потому что я намерен все убытки повесить на гаденыша.

– Разумеется. Удачи.

Я кидаю на стол несколько крупных купюр и бросаю женушке:

– Поехали.

– Милый, давай останемся? Тут такая обстановка романтичная, мы давно нигде не были вместе…Тем более, фуршет был у Славы стремненький, я осталась голодная…

Она хлопает невинными глазками, а я теряю остатки терпения. Устал. В ярости от того, что не получилось узнать информацию от Давида. Все это срывает мой стоп-кран, и я теряю контроль: наклоняюсь к Айлин и рычу ей в лицо:

– Не надо вот этого всего! Не надо делать вид, что ничего не происходит! Не надо строить идеальную семью, которой нет! И никогда не было! Мы разведемся, дорогая, хочешь ты того или нет! Нет ни одного фактора, который бы нас связывал!

Произношу и иду на выход, не удосужившись дождаться, что решит жена: остается ли уходит . Слышу стук каблучков – Айлин покорно следует за мной.

Тимур

В такси едем молча, каждый думая о своем. Спасибо, хоть тут не играет нелепый спектакль. Дома сразу же прохожу к себе в комнату, захлопываю дверь и иду в душ, смывая с себя этот день и все мысли.

Выхожу, вытираясь полотенцем, и натыкаюсь на Айлин в кружевном безобразии. Которое, скорее, открывает вид на прелести, нежели прикрывает.

– Ты перепутала спальни, – бросаю, проходя к тумбе и наливая воды. Осушаю жадными глотками и продолжаю, как ни в чем не бывало: – И не приходи ко мне в таком виде. Не интересует."

"– Ну, неужели тебе совсем не нравится? – мерзавка делает шаг навстречу, сбрасывая бретельку с плеча. – Просто расслабься и дай нам шанс…

Я устал. Дико морально устал от этого «недобрака». Резко, так, что женушка вскрикивает, хватаю ее за предплечье и выталкиваю в коридор.