Олег уцепился за Жезл, в землю вогнал на четверть. Таргитай ответил задушенным голосом:

– Ящера?

– Славная зверюка, не правда ли?

– Так, значит, не Ящер шел разбивать Яйцо?

Странник звонко рассмеялся. Лицо было красивое, мужественное, ровные, как жемчуг, зубы блеснули как молния. Он кивнул на Яйцо:

– Ящер? Ха-ха! Мир могут разрушить только люди!

– А ты…

– Еще не понял? Самые могучие боги – это люди, что обрели мощь. Сами обрели! Не милостью Рода, а сами взяли. Своим умом ли, как Числобог, умением любить, как Лада, или страстью к охоте, подобно Велесу. Миром правят идеи! Что перед нами древние боги, сотворенные Родом? Тупой скот, бессмертная дичь для наших стрел и мясо для героев. Разве не ты запряг не самого слабого из них, признаюсь, как глупую корову?

– А ты, – сказал Таргитай, он смотрел исподлобья, – стал богом, воспевая войну?

– Воспевая отвагу, храбрость, мужество. Воинские подвиги, доблесть в бою. Это моя жизнь, я только об этом могу петь и говорить… и говорить хорошо, иначе не обрел бы мощь сильнейшего бога! Ибо мощь мы, младшие боги, получаем от внемлющих нам. Чем их больше, тем мы сильнее. Миром правят идеи!

Таргитай сказал невесело:

– Но землю заливают реки крови.

– Потому нет на земле мне равных по мощи. И в вирии нет. Как нет и в подземном мире.

Таргитай не сводил с него взгляда.

– Даже Род не сильнее?

– Рода больше нет. Последний свершил… очень давно…

– Рода нет?

– Кто бездействует – того нет.

Таргитай внезапно вскрикнул:

– Теперь я знаю твое имя!

Зубы Странника сверкали как молния, в глазах сверкало грозное веселье.

– В одном племени я – Войдан, в другом – Тор, в третьем – Арей, где-то Маржель… Ты можешь называть меня Перуном.

Олег прошептал раздавленно:

– Бог войны…"

"– И воинской доблести, – поправил Странник строго. – Воинской чести, бранных подвигов! Славы, геройства!

Таргитай начал медленно поднимать Меч.

– Кровавая слава. И доблесть – в крови.

Странник насмешливо измерил взглядом оружие в руках Таргитая.

– Думаешь, один из моих старых мечей тебе поможет? Он жадно пьет людскую кровь, но против меня не защитит… Я много таких оставил в племенах, где мой культ выше других. Это самые доблестные народы!

Таргитай шагнул навстречу.

– Нет доблестных народов. Есть люди, а они разные. И есть я, чтобы остановить тебя.

Странник поднял свой страшный блистающий Меч. В широко расставленных глазах блеснуло сожаление.

– Мне жаль, что такие герои падут. Но все равно о вас будут слагать песни. И вы войдете в мою дружину после гибели!

Он обрушил страшный удар.

Мрака и Олега отшвырнуло в угол. Огненные мечи распарывали воздух со страшным треском. Воздух разогрелся, дворец трясся. Грохот разламывал головы. Оранжевые сполохи выжигали глаза.