– Немного проветрила мозги, – поморщилась, учуяв запах чужих духов.

Он знатно пропах ими за время моего отсутствия. Мерзость.

– Что это за игра? – наблюдая за всеобщим воодушевлением, пока Агата раздавала листочки с ручками, я почувствовала тревогу.

– Старая добрая игра, которую мы часто практиковали на вписках. – Лев наклонился ближе, стараясь перекричать звуки басов. – Каждый гость пишет указ – это может быть задание или вопрос – а затем отправляет его в бутылку. Потом мы поочередно её крутим: на кого укажет горлышко, тот и выполняет царский указ. – Его хриплый смешок завибрировал на моей щеке.

– Звучит интригующе.

– Обычно мы играем под хорошим градусом, так что пару раз все выходило из-под контроля… – зрачки-угли Льва поглотили зеленую радужку, отчего глаза стали похожи на две бездонные черные воронки.

– Что значит «выходило из-под контроля»? – Это откровение еще сильнее заставило меня нервничать.

– Царевна. Тебе лучше не забивать головку всякой ерундой. Но все-таки лучше на берегу обговорить степень разврата.

Лев резко вскинул руку, заставляя собравшихся обратить на себя внимание.

– Народ, только в указах сегодня максимум легкий петтинг и поцелуи. Все слышали?

Нахмурившись, Агата потянула Льва за край майки.

– Что за скука?! Разве ты забыл, как мы…

– Ты, кажется, не уяснила – тут моя девушка. – Его взгляд окатил розововолосую ушатом ледяной воды.

– Как скажешь, Ромео, но учти: такого веселья, как раньше, не полуится… – виляя бедрами в ультракоротких шортах, Агата заняла место на лежаке рядом с Валей и Мишей.

– И о чем же она хотела тебе напомнить? – не смогла удержаться я от язвительного вопроса.

– Много будешь знать… – хмыкнув, Лев заткнул меня таким сладко-пошлым поцелуем, таким что подогнулись коленки.

– Хватит относиться ко мне, как к неразумному ребенку… – пробормотала ему в рот, пытаясь отдышаться, – я имею право знать о твоем прошлом.

– Поверь, это то же самое, что открыть ящик Пандоры. – Царев щелкнул меня по носу. – Ты еще не готова.

Он уже сделал шаг в сторону, однако я удержала беглеца на месте.

– Почему я? – спросила одними губами.

Лев лишь покачал головой. На миг, на одну еле уловимую наносекунду на его лице отразилась смесь сомнения и горечи, будто он хотел поведать что-то по-настоящему важное, но в последний момент передумал.

Поравнявшись с Агатой, он прошептал ей что-то на ухо. Сложив губы бантиком, девица с розовыми волосами без стеснения провела ногтями по его щеке. Меня накрыло очередной волной раздражения вперемешку с ревностью.