У нас было столько развлечений: охота, рыбалка, лошади. Я даже училась шить и ходила в кружок, хотя шитье мне давалось плохо. Но мы больше сплетничали, чем шили, и много смеялись. Но все изменилось, когда мне исполнилось шестнадцать, потому что мальчишки не оставляли меня в покое. Тогда я округлилась и отрастила длинные светлые волосы. Я говорила, почему их остригла, но это не замаскировало мои другие достоинства…
Его взгляд упал на ее жилет, отчего Макс слегка покраснела.
– Потому что бабушка настаивала, чтобы я одевалась, как полагается девушке, в юбки и блузки, кроме времени, когда я охотилась. Мальчишки продолжали толпиться у меня под окнами, а мои подружки завидовали и перестали со мной разговаривать. Бабушка то и дело разгоняла парней метлой, а мой брат Джонни прятался в кустах и стрелялся в них камнями из рогатки. Но даже это не мешало им постоянно ошиваться у дома.
– Так ты не всегда носила пистолет?
– Господи, конечно нет. Мне бы в голову не пришло цеплять пистолет на пояс юбки… Тогда.
Она грустно усмехнулась:
– В семье я была охотником… после того, как па уехал и больше не вернулся. Я никогда не носила ружья в городе. Но всегда хранила маленький пистолет в кармане юбки, когда Бингем-младший стал гораздо более настойчивым, чем остальные: повадился бросать непристойные замечания и приставать, когда мне исполнилось шестнадцать.
– Мэр?
– Нет, его сын, Эван. Когда-то мы вместе с ним и его лучшим другом Томом ходили на рыбалку, пока Эван не стал хвастаться, что я выйду за него, потому что так сказал Карл. Я не верила, что мэр мог сказать такое, но после этого избегала Эвана и его дружков. Тогда он стал просить меня выйти за него. В тот год он сделал предложение в восьмой раз. Я не согласилась бы, даже если бы в то время не ухаживала за молодым человеком, недавно приехавшим в город.
– Что ты делала?!
Макс недоуменно уставилась на него:
– Мне действительно следует объяснить, что такое ухаживание?
– Думаю, не мешало бы.
– Я не говорю, что просила Билли Джонсона жениться на мне, если ты это имеешь в виду. Я, конечно, человек дерзкий, но не настолько. Правда, Билли уехал из Бингем-Хиллз прежде, чем мне исполнилось семнадцать, и тогда сам мэр попросил меня выйти за него замуж. Наверное, мне не следовало смеяться над предложением старого дурака.
Диган вскинул брови:
– Сколько лет ему было?
– Черт, он старше бабушки лет на десять! Даже она расхохоталась, когда я обо всем рассказала. Эван – поздний ребенок. Ходили слухи, что Карл сменил четырех жен, пытаясь получить ребенка, пока, наконец, ему это удалось. Но после того, как я ему отказала, он, должно быть, сообразил, что, обесчестив меня, вынудит бабушку настаивать на свадьбе.
– И у него получилось?
– Я же сказала, он сообразил. У него ничего не вышло.
