– Соседи, они врать горазды, – шмыгнул носом Митяй.
– Ну не угощать же всех подряд Кощеевым порошком. Во-первых, мало его, а во-вторых, как людей уговоришь? Ладно, шутки в сторону… Двигай давай, сориентируешься на месте. Кру-у-у-гом!
– Слушаюсь! – по-солдатски вытянулся он, сделал поворот и ушел, бормоча себе под нос: – Во-первых… во-вторых… щас сориентируюсь…
– Что делать-то, участковый? – протолкались ко мне стрельцы. – Он там уж всех бояр да князей осрамил, того и гляди, за государя возьмется.
– А царь-то наш совсем дела государственные забросил… – мгновенно донеслось с крыши. – Об женитьбе и думать не хочет, не дает народу на матушку царицу полюбоваться! Намедни я ему портретец донны Изабеллы Флорентийской как бы невзначай под нос сунул… так он меня за руку ухватил, да как нажмет, как согнет, как завернет – я ж света божьего не взвидел!
– Вяжите его, – тихо приказал я. – Двое на крышу, шестеро ловят внизу, остальным оцепить двор и деликатно попросить граждан расходиться по домам.
– А кто его, батюшку нашего, этому костоломству-то зверскому обучил?! Участковый, Никита Иванович, сыскной воевода! Мало ему воров ловить, так он еще и царя нашего в свою милицию заманивает! Уж не хочет государь в боярскую думу, хочет в опергруппу!.."
"На этом последнем истерическом вопле души дьяка сдернули за лапоть с крыши. Внизу ловко поймали, сунули кляп и, опутав веревками, бросили в нашу телегу. Народ немного поворчал, но большинство логично считало, что Филимон попросту сбрендил. «Вот посидит в порубе, на холодочке, ему и полегчает…» – говорили они. В общем, правильно. Если расчеты Яги верны, то завтра же бедный дьяк будет рвать на себе остатки волос, но… слово не воробей, вылетит – не поймаешь. Наговорил, конечно, от всего сердца. Ладно, осталось только применять это средство по уму, без суеты и расточительства, а так – вещь очень полезная.
Уже по дороге домой в мою голову забрела некая идея, нужно было срочно посоветоваться с Ягой, но сначала я поманил к себе стрельцов.
– Ребята, не напомните, у нас в Лукошкине есть какие-нибудь специалисты по настенной росписи? Ну, оформители храмов?
– Богомазы, что ли? Знамо, есть, цельная артель. На Иконной улице расположена.
– Тогда доставьте-ка ко мне их начальника. Извинитесь за поздний визит, но приведите.
– Как скажете, сыскной воевода! – Двое молодцов ушли влево по переулочку.
Яга повернулась ко мне и тихо протянула:
– Ну и хитер же ты, Никитушка…
– Но ведь вполне может сработать? – предположил я.
– Не знаю, не знаю… Это ж еще успеть надо, да Новичкова твоего предупредить, да чтоб немцы раньше времени ничего не заподозрили… А во всем прочем – план хоть куда! Вот Вельзевул-то обрадуется…
– Я еще уточню утром у отца Кондрата.
