Затем — изучение текущей мировой обстановки, знакомство с картотекой и экзамен.
Я поднял голову и вопросительно посмотрел на Пантелеева.
— Что?
— Здесь не сказано о занятиях магией."
"— Ротмистр Алексеев даст вам основы на первом занятии, после чего получите направление в Кресты для его отработки. Когда этим заниматься — ваше личное дело. Хоть наплюй на практику, специально магическому искусству вас никто учить не будет.
— Обещали иное, — нахмурился я.
— Ты забыл в том числе, насколько магические знания важны и охраняются? — поднял недоуменно бровь штабс-ротмистр. — Магии разума вас будут учить факультативно, смотря на ваше рвение и результаты оперативной работы. Сможешь себя показать — получишь в качестве награды новый кусочек знаний. Нет — так и незачем на тебя время и силы тратить. Еще утекут знания от тебя на сторону. Кстати, перед этими занятиями тебе придется принести клятву верности империи и императору. Имей в виду.
— В академии мы разве такую не приносили? — логично предположил я, что уж подобное просто обязано практиковаться в войсках.
— Приносили, — согласился Пантелеев. — Но клятвы в мелочах, но различаются. А любую клятву можно обойти или даже снять, поэтому и перестраховываемся.
— Любую? — тут же сделал я стойку.
— Исключение — лишь клятва на сути. Но какой идиот будет давать такую без веских причин? — я тут же мысленно назвал одного, постаравшись скрыть, охватившие меня эмоции. — Даже в нашей службе ее мало у кого требуют. Понимают, что ситуации бывают разные и иногда для дела нужно клятву нарушить. Хотя последнее — редкость небывалая. Ну, еще клятву на имени сложно преодолеть, поэтому такую дают те офицеры, что поднялись в самые верха. Вышневецкий, Прохоров, Алексеев — они все такую клятву точно давали.
Кивнув, я открыл документы с моими подъемными.
— Тридцать рублей? — скривился я от цифры. — На месяц?
— А что ты хотел? — удивился Пантелеев. — Пока что ты всего лишь курсант. Как пройдешь обучение, то оклад повысится.
— И намного?
— Тут будет зависеть от твоих оценок по практике. Но минимум пятьдесят рублей при твоем чине корнета ты будешь получать.
— Я поручик, — машинально поправил куратора я.
— Нет, у нас звания более «весомые», чем армейские. Так что твой поручик в бывшем полку — лишь корнет у нас*.
— Но почему тогда не подпоручик?
— Когда обсуждался этот вопрос, приняли кавалерийские звания, привыкай, — хмыкнул Пантелеев.
Покинув кабинет куратора в неоднозначных чувствах, я отправился в банк. Свои подъемные обналичить я мог лишь там. А деньги мне были нужны. План по приобретению хорошего, пусть и не дорогого, костюма никуда не делся. Причем в этот раз я собирался его брать не в лавке, а в ателье.
