"
"Алистер с Гербертом стояли у окна и мирно разговаривали — по крайней мере, до моего появления, — хотя ссадина на скуле у одного и порванная рубашка другого свидетельствовали о том, что беседа не всегда была дружеской. Все ясно: приятели поругалась, подрались, выпустили пар, высказали все, что накопилось за эти годы, и наконец-то услышали друг друга.
Мужчины резко вскинули головы, и на лицах у обоих появилось одинаковое, недоуменно-растерянное выражение.
— Это сари, — произнесла торопливо, пока они не начали задавать вопросы о моем экзотическом наряде. — Я так и не дождалась платья, пришлось… импровизировать.
Лоттер отмер первым.
— Иномирянка, — хохотнул он и хлопнул Вэйдена по плечу. – Ничего не поделаешь, привыкай, дружище. Тебя ждет много любопытного и неожиданного. Но могу гарантировать одно: с такой женой ты точно никогда не соскучишься. — И уже мне: — Здравствуй, Яна. Рад тебя видеть здоровой и полной... гм... творческого энтузиазма. Кстати, а что такое сари?
Шеф явно пребывал в отличном расположении духа, и мне отчаянно не хотелось портить его настроение, но...
— Национальная одежда, — пояснила, не сводя глаз с его лица. — Есть на Земле один народ... Но это сейчас неважно...
Запнулась, откашлялась, сглатывая образовавшийся в горле вязкий комок, и севшим голосом закончила:
— Герберт, твоя жена, Кармела... Кажется, она жива.
Да… Нынешнее утро полно неожиданных сюрпризов не только для нас с Алистером.
Несколько мгновений пронзительной, звенящей тишины, а потом меня буквально смел с места ураган по имени Лоттер. Подхватил, затормошил, стиснул плечи дрожащими пальцами — судорожно и крепко, до боли.
Шеф ни секунды не сомневался в том, что услышал. Он слишком хорошо знал, на что способен мой дар, пожалуй, лучше всех на Сеоте. Лично обучал, тренировал и проверял в деле магию, доставшуюся «новому сотруднику». Так что в правдивость моих слов он поверил сразу, безоговорочно, и теперь жаждал подробностей.
Что я ощущала? Что заметила? Звуки? Запахи? Мельчайшие детали? Герберта интересовало даже, во что была одета Кармела, как причесана.
А еще, он отчаянно хотел поверить в чудо. В то, что жена не умерла.
И, глядя в глаза, пылающие сумасшедшей надеждой, я лишний раз убедилась в том, что поступила правильно, когда не стала тянуть, скрывать правду, что-то обещать, а сразу отказалась выходить за Герберта замуж и все ему рассказала. Лоттеру не нужна другая, он по-прежнему любит свою друарку. И ждет... ждет вопреки всему. И чувство это не наведенное — настоящее, я почему-то была в этом твердо убеждена.
Через минуту к разговору присоединился Вэйден. Осторожно высвободил меня из рук друга, усадил в кресло, набросил на плечи какую-то накидку.
