— Я слышал, когда гость выйдет из моря Снов, настанет конец света, — чуть дрожащим голосом сказал вдруг принц Винсент. — Тьма завладеет миром. А Вечная империя окажется первой на пути тьмы. Мы умрем первыми.
— Это глупости, — твердо сказал Даррел. — Не верь слухам. Что завладеет миром, так это не тьма, а тупость.
Винсент неуверенно улыбнулся.
— Думаешь, брат?
— Разумеется. На севере разгулялась нечисть. И жрицы темного бога позволяют себе слишком многое.
Его голос был уверенным, но в то же время в глазах было что-то такое, что заставило меня напрячься. На севере было неспокойно, и все это знали.
Прогремела последняя батарея салютов, и я думала, что уже все закончено, как по небу кто-то невидимой рукой стал выводить золотые буквы, которые складывались в слово.
«Изабелль» — было написано в воздухе мое имя, и мне сделалось не по себе. Это было красиво, торжественно и отчего-то пугающе.
— А мне такого не делали, — завистливо сказала принцесса. — Смотри-ка, как ради тебя постарались, деревенщина.
Я ничего ей не ответила — решила, что буду выше ее.
На этом, слава всем светлым богам, бал закончился. Небесный дворец плавно опустился на землю, и гости начали покидать его. А меня сопроводили в покои все те же придворные дамы во главе с Фэйрой, которая, казалось, ничуть не была впечатлена произошедшим. Напротив, она была бодра и весела. Говорила, что в своем платье я смотрелась просто великолепно.
— От вас нельзя было отвести взгляд, ваша милость! Платье мы выбрали невероятное — оно невероятно смотрелось на вас, когда вы с принцем танцевали в воздухе! — говорила Фэйра, уверенно ведя меня по многочисленным залам и коридорам дворца.
— А, по-моему, во всех завтрашних газетах будет написано об этом странном мужчине, который кричал о госте из моря Снов, — вздохнула я и, обернувшись, заметила ту самую придворную даму с медно-рыжими волосами, за которую я вступилась.
— Ну что вы, никто о нем не узнает, ваша милость, — улыбнулась тем временем Фэйра. — Да это и неважно. Сумасшедших много. И один из них решил испортить бал в вашу честь.
— Ну, или напишут о том, как наказали высокородных, — усмехнулась я. — Представляю, как они меня ненавидят.
