Обнаженный клинок качается в ее руке.

Аристократы напряженно, с суеверным ужасом, смотрят на меня. Меньше, чем за две секунды завалить их Полковоя дорогого стоит.

— Ваш соратник согласился следовать за мной в Британию, — делюсь последними новостями. — Все, кто меня вызвал — либо тоже соглашайтесь, либо умрете на этом крикетном поле.

Наступает гробовое молчание. Наконец один дворянин в возрасте берет слово:

— Бесонов, мы слышали слова прекрасной ангелессы, но обещайте, что не используете нашу службу во вред отчизне. Мы лучше умрем, чем уроним честь России.

Помолчав, отвечаю:

— Обещаю, что ваша служба мне принесет России больше пользы, чем все, что вы делали до этого, вместе взятое.

— Тогда мы присягаем вам в верности на время интервенции, — провозглашает дворянин за всех. Другие аристократы лишь нервно кивают.

— Тогда быстро готовьте дружины к вылету, — отдаю свой первый приказ. — Жду сегодня к обеду отчет о готовности.

Дворянин в возрасте коротко кланяется, обозначая, что принял приказ к исполнению.

И я ухожу навстречу Сербине — пока она при всех снова не кинулась мне на шею, испортив крутой момент. Аяно разочарованно убирает меч в ножны и не отстает.

— Скоро надерешься еще, с вымесами, — подбадриваю японку.

— Да, — она подступает ближе и берет меня под руку, как дама кавалера. — Тогда давай пройдемся, как гуляющая парочка. Этого у нас еще долго не будет.

Она прижимается грудью к моему плечу, и против такого аргумента мне противопоставить нечего.

* * *Рубрика «Легендариум демоника Перуна». Хохмы читателей.

Услышал Перун о нападении демонов и сорвался в бой. На выходе из дома его вслед из окна дама кричит:

— Поручик, а как же деньги!

— Демоник денег не берёт! (Автор Lafoli)

Глава 4. Десерт

У выхода с крикетного поля Сербина все же настигает меня. Американка на ходу расстёгивает балахон и сбрасывает с плеч прямо на землю, оставшись в одной сорочке. Короткая рубашечка едва прикрывает идеальные длинные ноги в белых капроновых чулках и полностью демонстрирует белоснежные крылья за спиной.

Нисколько не смущаясь нарядной японки, держащей меня за руку, пернатая подступает ко мне вплотную и накрывает нас вдвоем куполом из крыльев, обрезая от шума мира. Пушистые перья шлепают Аяно по лицу, отодвигая. Невольно японке приходится отпустить меня.

— Мой рыцарь! — ангелесса впивается в губы и азартно шерудит у меня во рту языком. — Вот твоя награда за победу!

Мягкие пышности Сербины сплющиваются о мою грудь. Она страстно стонет, не разрывая поцелуй. Сердце ее быстро колотится.

Слышу за стеной из перьев, как пыхтит недовольная Аяно.

— Отпусти его, американка! Нам еще спасать семь миллиардов жоп!

Сербина не реагирует. Свистит вынимаемый из ножен острый клинок.