Ну откуда он вызнал, что мы в салон собираемся!

– Еще раз скажи, как называется его театр?

– «Сирано», – ответила Нелли, – расположен на Фестивальной улице, извини, дом не знаю. Только ехать тебе туда не надо.

– Почему? – спросила я, вставая.

– Он не способен никого убить, – спокойно пояснила Королева, – характер не тот, студень, а не мужик.

Я пошла к двери. А вот тут, дорогая, ты, несмотря на весь свой ум, ошибаешься. Холодцом тоже можно убить, если заставить человека съесть разом десять килограммов.

ГЛАВА 30

На Фестивальную улицу я принеслась в полуобмороке и начала расспрашивать аборигенов о «Сирано». Но никто: ни тетка с коляской, ни молодая пара, ни старушка, тащившая огромную капусту, – не смогли ничего мне сказать об этом коллективе. Не пролили на свет ситуацию и лоточники. Хлебом торговала украинка, «ангорскими кофтами» молдаванка, а возле ящиков с мандаринами прыгало в слишком тонких для нынешнего морозного ноября ботинках «лицо кавказской национальности». В полном отчаянии я вошла в небольшой магазинчик, торгующий колбасой, и безнадежно спросила:

– Девочки, тут где-то есть театр «Сирано»!

– А за углом, – небрежно проронила рыжая девица, – со двора войдите, там вывеска есть и касса ихняя.

Обрадовавшись, я полетела в указанном направлении и ткнулась носом в красивую белую дверь с золотой ручкой. «Сирано» – значилось на медной табличке, начищенной до невероятного блеска.

Я толкнула неожиданно легкую дверь и очутилась перед довольно крутой лестницей, застеленной ярко-желтой дорожкой. Ступеньки вели вниз, очевидно, устроители театра переделали под нужды сцены подвал. Я пошла по лестнице и уперлась в стол, за которым сидела дама без возраста. Взглянешь слева – ей двадцать, зайдешь справа – все сорок.

– Слушаю вас, – расплылась в улыбке дама.

– Я никогда не была здесь…

– Это легко исправить, спектакль, правда, уже пять минут как начался, но можно тихонько войти.

– А билет?

– Сто рублей, – ответила кассирша и, взяв у меня ассигнацию, протянула кусок синей бумаги, на котором стоял штамп «Билет. «Сирано».

– Но здесь нет ни номера ряда, ни места…

– Идите, сядете на свободное кресло. Программку не желаете?

Отдав еще двадцать пять целковых, я стала обладательницей тоненького листочка, отпечатанного, очевидно, на ксероксе. Владимир Нилов «Городской роман».

Ни имя автора, ни название пьесы ни о чем мне не говорили. Подталкиваемая любезной кассиршей, я вступила в крохотный, наполовину пустой зальчик и плюхнулась в ближайшее кресло.

На ярко освещенной сцене вовсю шло действие.