Изрезанное пальто Томы, похищение Кристи – все, по ее мнению, должно напугать Виолу и заставить ее вернуть украденное.

– Но почему она не похитила меня?

Олег засмеялся:

– Во-первых, с ребенком легче справиться, чем со взрослой женщиной, не забывай, их с Родионом только двое.

– А вот и нет! – завопила я. – В иномарке кто-то держал пистолет у виска Кристи!

– Это была Марья Михайловна со своим строительным приспособлением.

– Кто же сидел за рулем?

– Совершенно посторонний человек, водитель наемной машины, которому сказали, что дело идет о семейной разборке. Алкоголичка-мать хочет отнять у мужа и свекрови ребенка. Да шоферу, собственно, было все равно, ему хорошо заплатили.

– Все-таки странно, что меня не похитили и не убили.

– Милая, – с жалостью произнес Олег, – ну включи воображение! Она же знает, что у тебя муж работает в органах. Да через полчаса вся милиция на уши встанет, оно ей надо? А так, запугали бабу до полусмерти, она сама деньги вернет. А насчет того, что не убили… Знаешь, я совсем не уверен, что, привези ты чемодан с деньгами, не получила бы «в награду» пулю. Да и Кристю вряд ли отпустили бы живой и здоровой. Страшное дело жадность, ведь она имела в запасе три миллиона пятьсот, с лихвой должно было хватить на безбедную старость, а поди же ты, еще хотелось.

Я тяжело вздохнула:

– Да, запугали меня капитально, до отключки сознания. Довело меня до кондиции сообщение о тарелке. Ну откуда они узнали, из какой посуды ты ешь суп?

Олег улыбнулся:

– Эта баба хороший психолог. Бытовые детали лучше всего убеждают жертву: мучитель знает все. Да у Кристи спросили, та и рассказала.

Дальше события развивались бурно. Маша Говорова, которой ты принесла картину, мигом сообщила об этом Марье Михайловне. Они встретились утром, перед работой. Маша отдала старухе Леонардо и подписала себе смертный приговор. Они влезают в переполненный троллейбус, Марья Михайловна стоит вверху, Говорова на подножке…

– Она ее столкнула! – заорала я.

Куприн ухмыльнулся:

– Уверяет, будто та сама сорвалась, только в это верится с трудом. Финита ля комедиа, и картина, и деньги у бабуси, делиться не с кем. Руфину она не воспринимает всерьез. Думаю, еще должны были умереть ты, Кристя и Родион.

– Ужасно… такая милая дама, просто бабушка Красной Шапочки!

– Ну уж нет, скорей родная сестра Бабы Яги. Кстати, именно после смерти Говоровой я сообразил, что дело как-то связано с моей женой.

– Почему?

– Все-таки ты дура! – с чувством воскликнул муженек. – Явилась в отделение милиции, представилась Руфиной Михайловной…

– Ну и что? Откуда ты догадался, что это я?

– Ты фамилию назвала неправильную – Рейд, а Руфина – Киселева.