"

"– Пароль?! Какой ещё пароль?! Понятия не имею! – возмутился Брэндон, а Холли просто раскинула руки в стороны:

– Ну, давайте стреляйте в меня, по-другому мне сегодня всё равно не уснуть!

– Да ладно, всё с вами понятно, проходите, – сказал Сумрак. – Я слышал, вы выиграли битву за Джексон?

– Не спрашивай, какой ценой, – ответил Клифф.

Брэндон, Фрэнки, Холли и я собрались у нас в комнате. Я достал из шкафа свежую футболку и переоделся.

– А что случается с умершими оборотнями? – спросил я. Мне казалось, что на меня обрушился камнепад, что сердце мне придавило скалой.

К моему удивлению, ответил Брэндон.

– По-разному бывает, – сказал он. – Если оборотень умирает в человеческом облике, то его передают семье и хоронят, как принято у людей. У меня так было с двоюродным братом. А если смерть застала оборотня в зверином обличье или он сам решил так умереть, тогда всё сложнее.

– Да уж, тогда человеческих похорон не организуешь, – печально сказала Холли. – Вряд ли найдётся агентство, которое возьмётся хоронить сову в гробу.

– Я думаю, тогда сообщают, что человек пропал без вести, и организуют похороны, на которых присутствуют только оборотни, – сказал Фрэнки. – Так, наверное, мисс Кристалл поступит с Бо. Его же всё равно родители ещё младенцем бросили.

– Это просто ужасно, – возмутился Брэндон. – Как родители могут так поступить?!

Ему никто не ответил.

Фрэнки, как обычно, был занят каким-то гаджетом. Я так устал, что просто хотел остаться один и забыть о сегодняшнем дне, но Холли спросила его:

– Что у тебя там такое?

– Ну, я же многих гадов пометил джи-пи-эс-передатчиками, и этот прибор показывает, где они сейчас находятся, – пояснил Фрэнки, посмотрел на дисплей, на котором ничего не было видно, и разочарованно вздохнул. – Ну, или не показывает. Наверное, они сейчас вне его поля действия. – Он кинул дисплей на мою тумбочку и встал. – Кто идёт ужинать?

Брэндон и Холли поднялись с мест, но я только молча покачал головой. Вряд ли мне сейчас кусок в горло полезет. Я был совершенно разбит – как будто меня отмутузила целая стая волков. И обожжённые места страшно болели, хотя Шерри Плеск и нанесла на них мазь. Но больше всего меня мучила мысль, что мы выиграли бой, но проиграли войну. Эндрю Миллинг в любой момент может повторить свой День гнева: ведь нам не удалось его обезвредить. И в следующий раз он уже будет знать, каким секретным оружием располагает Совет, и предпримет соответствующие меры.

Наша борьба с ним ещё не закончена – и от этого мне было очень тошно.

Собравшись с силами, я почистил зубы и хотел было рухнуть в кровать. Но тут в дверь постучали. Кто бы это мог быть?

Это оказался стройный юноша с рыжими волосами. Эрик. Лис, из-за которого я провалился на экзамене. Он смущённо улыбался:

– Привет, Караг.