"

"С безмолвием змеи и быстротой кошки он кинулся в низкие заросли на краю небольшой поляны. Там он сжался в тугой комок. Небольшая жаба прошмыгнула перед самым его носом, затем прильнула к земле, пытаясь отгадать, какое отношение к природе имеет это странное существо. Самолетик еще раз кинуло в сторону, затем он коснулся колесами земли, подпрыгнул и, наконец, побежал по траве.

Римо сорвался с места. Центр тяжести его тела устремился вперед со скоростью теннисного мяча, посланного мощным ударом в центр площадки. Он мчался, едва касаясь ногами выгоревшей на солнце травы, как бы скользя над ней, пока ни ухватился за хвостовое оперение самолетика и ни побежал вместе с ним, крепко держась за хвост и скользя ногами но земле.

Выхлопы мотора били ему прямо в лицо. Римо постарался опустить пониже хвост прыгающего по неровностям самолета. Впереди, у дальнего конца площадки, всего лишь примерно в сорока ярдах, стоял грузовичок и около него трое мужчин. Пилот выключил мотор и начал тормозить. В этот момент Римо сильно надавил на хвост самолета, отчего нос его резко пошел вверх, колеса оторвались от земли, сделав тормоза бесполезными.

Затем нос самолета снова опустился, Римо опять нажал на хвост и, слегка подтолкнув его влево, заставил самолет двигаться правее. Сделать это было совсем нетрудно, и он направил самолет прямо на грузовичок, сбив одного из мужчин еще вращавшимся пропеллером. Двое других только теперь схватились за оружие. Римо слышал, как в пилотской кабине что-то кричали по-французски. Он мог только представить, какие ругательства обрушиваются сейчас на голову пилота.

Теми, кто находился в самолете, он решил заняться потом.

Римо перепрыгнул через хвостовое оперение к правому крылу самолета и заглянул под него. Молодой мужчина в белых штанах и рубашке лежал на земле и целился из карабина ему в пах. Одним быстрым движением Римо перебросил свое тело через крыло и, прыгнув на этого человека сзади, вонзил большой палец ему в глаз и затем прямо в мозг.

Другой человек, тоже в белом, выронил ружье и стоял не веря своим глазам. На это ему была отпущена всего лишь доля секунды, потому что в следующее мгновение он подвергся лоботомии. Череп его был проломлен коротким, неуловимым для глаза ударом костяшек пальцев, сжатых в кулак.

Пропеллер самолета и то нанес бы меньше повреждений.

После этого Римо откинул дверцу пилотской кабины и вскочил туда. Один из сидевших в самолете все еще орал что-то по-французски пилоту. У обоих между колен были зажаты легкие автоматы. Голова пассажира, как оказалось, держалась на плечах не столь надежно, как автомат на коленях.

– Приветствую вас, французские друзья, доставляющие радость через иглы, – произнес Римо.