– В вашем музее работает женщина, такая коренастая, хотя рост дамы не является основной приметой. Можно надеть обувь с каблуками или, наоборот, без оных. Носит она в последние дни светлый брючный льняной костюм. Волосы у нее темно-каштановые, стрижка под пажа, сама в очках с затемненными стеклами, яркий макияж, кроваво-красная помада…

Эра Вадимовна выпятила нижнюю губу.

– Вроде у нас похожих нет. В музее точно. Может, в НИИ новенькую взяли. Темно-каштановые волосы, очки… Не припомню. Хотя… Ну конечно! Это же Настя Трошева.

Я чуть не опрокинула на себя чашку с недопитым чаем.

– Настя?! Но ведь у нее совсем другая прическа!

Эра Вадимовна вздрогнула:

– Вы знаете Трошеву? Откуда?

Вопрос застал меня врасплох.

– Ну… мы когда-то вместе работали.

– Где? – отрывисто поинтересовалась Эра Вадимовна.

– Э… в одном журнале.

– Каком?

Я рассердилась на себя. Похоже, я очень глупо соврала, а Эра Вадимовна ужасно настырна, она от меня просто так не отстанет!

– Этот, забыла, вроде «День», нет, «Сегодня»! Дело было давно, – попыталась выкрутиться я.

Но, видно, Эра Вадимовна не зря мечтала написать детектив.

– Если давно, – прищурившись, заявила она, – то откуда вы знаете, какая сейчас прическа у Насти? Волосы-то можно покрасить и отпустить. И потом, Трошева пришла к нам сразу после получения диплома.

Я заморгала. Как назло, ничего не могла придумать.

Эра Вадимовна сладко улыбнулась:"

"– Душенька, покажите ваше рабочее удостоверение.

– Извините, я его дома забыла.

Заведующая музеем моргнула и взялась за трубку аппарата, стоящего у нее на столе.

– Скажите номер телефона редакции.

Это был нокаут.

Эра Вадимовна молча смотрела мне в глаза. Потом ее губы растянула улыбка.

– Немедленно объясните, кто вы, откуда, зачем сюда явились и почему начали расспрашивать про музей. Иначе я моментально позвоню начальнику охраны и Борису Иммануиловичу.

Я раскрыла сумочку, вытащила два паспорта, русский и французский, положила их на столе перед Эрой Вадимовной и начала говорить:

– Меня зовут на самом деле Даша Васильева, тут нет никакого обмана. Я бывшая преподавательница французского языка и живу со своей семьей в Ложкине. Борис Гольдин великолепно нас знает…

Эра Вадимовна молча слушала мой рассказ. Когда я остановилась, она быстро спросила:

– Значит, вы считаете, что всех несчастных убили при помощи каракомы?

Я развела руками.

– Катя, невеста Сергея Якунина, скончалась, будучи до этого абсолютно здоровой. Смерть ее не вызвала удивления, врачи сказали – инфаркт. Якобы девушка перенесла тяжелый стресс, кончину любимого, вот организм и не выдержал. Кира до меня встречалась в кафе с дамой, постриженной под пажа.