Но предательская улыбка упорно поднимала вверх уголки его губ. В конце концов полковник не выдержал и засмеялся во весь голос. К нему моментально присоединились Аркадий и Маня.

– Кто обитает в этих кустах? – всхлипнул Александр Михайлович. – Весь белый, лохматый, страшный, с красной мордой?

– Ну да, – напряглась я, – кто? Я испугалась ужасно, думала, сейчас укусит!

– Это Зайка, – простонал Дегтярев.

В полном обалдении я глянула на Ольгу.

– Ты?

Зая прищурилась.

– Давно пора очки купить! Ну разве можно так орать? И вовсе у меня лицо не красное!

– Ну, мать, ты даешь, – выдавил из себя Кеша, – сначала пугало за полковника приняла, потом Заю за волкодава.

– Пугало? – насторожился Дегтярев. – Что ты имеешь в виду?

Аркашка чуть не зарыдал от хохота.

– Ничего, кроме того, что мать выглянула из окна дома и, уставившись на жуткого урода, сделанного Иваном из пакета с удобрениями, весьма долго кричала: «Дегтярев, привет!»

– Глупости, – фыркнул Александр Михайлович.

Я же никак не могла прийти в себя.

– Зайка, что же ты делала в кустах?

Ольга выбралась на дорожку, отряхнула белый халатик, пригладила торчавшие дыбом волосы, поднялась на террасу и заявила:

– То же самое, что и ты!

– Хватит дурить, – ожил полковник, – не знаю, как всем, а мне в восемь утра выезжать на работу.

Домочадцы цугом потянулись в дом. Я, шедшая последней, стала созывать собак:

– Банди, Снап, Черри, Хуч… Сюда!"

"Но псы, радовавшиеся отличной погоде, не спешили в душный дом. Ротвейлер залег в траве, Бандюша развалился на раскладушке, стоявшей под яблоней, Черри мирно храпела в углу террасы, а Хуч рыскал в зарослях неизвестного растения, высокого, широколистного, которое Маня отчего-то называла «бамбук».

Услыхав мои надрывные крики, Манюня вернулась назад.

– Оставь их, пусть наслаждаются свежим воздухом, в комнатах просто нечем дышать.

– Включи посильней кондиционер.

– Мусик, его здесь нет. Поэтому собакам лучше во дворе. Надоест на улице, сами придут.

– Но надо дверь закрыть!

– Зачем? – пожала плечами Машка. – Ее с полпинка вышибить можно. Потом, сильно сомневаюсь, что тут бронированные стекла, да и решеток нет. Глупо загонять животных из сада в помещение, где отсутствует кислород, только для того, чтобы прикрыть дверь из картона!

Решив послушаться Машку, я оставила стаю в покое и легла. Неожиданно перед глазами появилась Катя, живая и веселая.

– Как думаешь, – весело блестя глазами, спросила она, – отчего все вдруг поумирали? Сергей, Анна, я? Да еще сразу, буквально друг за другом? Ты поторопись отвезти деньги Кларе, вдруг ее тоже убили!

– Убили? – эхом повторила я. – Кого?

– Нас, – ласково ответила Катя, – про Сережу знаешь?

– Да.

– Думаешь, это я постаралась?

– Ну… Наверное, ты хотела избавить жениха от мучений.