– А откуда тут мой ге… – Закончить фразу я не успела, так как подошла и действительно увидела в центре ворот свой герб.
Надо же… Дом, похоже, мне не просто по документам отдали, но и обозначили его как мой. Я приложила ладонь к грифону, и через мгновение ворота открылись с мелодичным перезвоном.
По выложенной светлыми плитами дорожке мы дошли до крыльца, и я открыла дверь ключом, приложенным к документам.
– Меня! Меня первого! – взвыл из сумки Филя.
– А как же, мы помним…
Эрилив опустил переноску на крыльцо и выпустил Филю. Не успела я глазом моргнуть, как Филька важно переступил через порог и, тут же сорвавшись с места, пулей помчался вглубь дома. Переглянувшись и посмеиваясь, мы вошли следом, и я отпустила с поводка Марса.
А еще через минуту откуда-то из коридора послышался звон, грохот, возмущенный вопль Фили и следом – не менее возмущенная тирада, выкрикнутая мужским картавым голосом.
– А ну бгысь, поганец! Ты как сюда попал? А ну пговаливай!
– Сам ты бгысь! – завопил Филя, и снова что-то громыхнуло. – Я потомственный фамильяр! Меня хозяйка этого дома первым внутрь запустила.
– Где хозяйка? Хозяйка этого дома – фея! А у фей не бывает таких наглых могд в фамильягах! Ишь, наел окогока! Не кот, а бык какой-то! – возмущался все тот же картавый голос.
– Вика-а-ау! – взревел Филя. – Он мне не вери-ут! Этот картавый домовой не верит, что я твой фамилья-ур! Ну, скажи-у же ему-у-у! – И снова грохот и звон.
Через несколько секунд в коридоре показался кот, летящий к нам с задранным трубой хвостом, а следом за ним – коренастый лохматый мужичок со сковородкой наперевес.
– А ну стой, могда наглая! Я тебе покажу, как в чужой дом забигаться!
– Вика-у! – Кот пулей влетел мне на руки. – Вот! – и возмущенно ткнул лапкой в мужичка. – Местный домовой! Вот скажи ему, скажи!
– Ой! – Домовой, увидев нас, резко затормозил.
– Здравствуй. – Я с улыбкой смотрела на растерявшуюся домашнюю нечисть. – Виктория Лисовская, новая хозяйка этого дома.
– Ох ты ж, батюшки! – Домовой всплеснул руками и уронил сковородку, которая с грохотом приземлилась на пол. – А я это… Домовой я. Дом охганяю! Вот! – И он неловко поклонился.
– Похвально. – Не выдержав, я рассмеялась. – Это мой жених, Эрилив ле Соррель. – Я кивнула в сторону с трудом сдерживающего смех Рила, так как руки у меня были заняты Филей. – А это действительно мой фамильяр, Филимон. Прошу любить и жаловать. И мой пес, Марс.
– Гр-рав! – подал тот голос.
– А почему он гозовый? – Домовой в изумлении уставился на Марсика.
– Лиловый! – хором выдали мы втроем.
– Гр-рав! – согласился песик.
– А тебя как зовут, домовой? – заговорил Рил.
– Дык никак. Домовой же я.
– Хочешь, имя дам? – Это я.
– А можно? – переняв мою краткую манеру говорить, тут же перестроился домовой.
