Она начала привставать на мне, и я чувствовал как приятно моему оружию в её щёлке, как его там любят и ждут. Иногда она садилась на меня так сильно, что казалось, что яйца сейчас треснут. Но, вставая, она вновь давала мне возможность почувствовать, как приятно ощущать отступление боли. Я подкидывал её, держась за попку и наслаждался траханьем давно желанной женщины.

В это время Светлана Павловна, сидя на своём кресле, с упоением глядя на нас, и закинув ноги на стол, слизывала со своих пальцев текущую из попы сперму. Она также иногда вставляла себе в писю руку, а потом слизывала с неё свои соки, обсасывая каждый палец отдельно.

Александра Александровна почувствовав, что я близок к оргазму, резко встала высоко и моментально опустилась. Я не знаю, как, но член тут же нашёл себе верную дорогу, полностью углубившись в попку математички.

— Больно, — промычал я, стиснув зубы.

— Хорошо сладенький, — она быстро слезла с меня, и, взяв руками член, поглотила головку, принявшись жадно сосать.

Этого мне как раз не хватало, по тому, что я тут же кончил, став заполнять её ротик тёплой спермой, которую она с радостью глотала, не давая пролиться ни капельки. Высосав всё, и полизав немного головку, она вновь забралась на меня и прижалась. Она вжалась в меня и присосалась так сильно, что я почувствовал, как она кончила, и её поглотили волны оргазма. Александра Александровна, подёргавшись немного, отстранилась. Наконец я увидел в своей математичке добрую, ласковую женщину. Её улыбчивое лицо излучало теплоту и доброту. Вот, чего оказывается не хватало, этой с виду строгой женщине.

Звонок об окончании урока. Мы собираем и одеваем вещи.

— Надеюсь, школьные годы ты запомнишь навсегда? — спрашивает Светлана Павловна.

— Да. Особенно «последний звонок»!"