Так приятно знать, что он не отдаст меня. Я ему верю. Я хочу спросить почему? Зачем я ему, но я очень сильно боюсь услышать ответ.
– И что будет? Он не отступит, как я поняла.
– Я убью его и уничтожу его бизнес.
– Но разве это не опасно? И он же не глупый, будет защищать себя.
– Жить вообще опасно, Лера. А пока я дышу, буду искать способ избавиться от него. И найду его. Даже если это будет последнее, что я сделаю.
Такое чувство, что меня камнями закидали. Я понимаю, что именно так и будет. Все, как и говорил Адиль. Мне нужен воздух. Срочно.
Я поднимаюсь на ноги и выхожу во двор. Вдыхаю чистый воздух, но грудь словно в тисках. Он же умрет, дурак! Как я без него? А Катарина?..
Я достаю визитку из кармана и рассматриваю цифры, все плывет перед глазами из-за слез. Я набираю номер.
– Слушаю, – сразу отвечает мужской голос.
– Я готова обсудить варианты, – говорю я.
– Я заеду, и все обсудим, – произнес Адиль и потом отключился.
Я даже не стала ничего уточнять. Как он заедет, если у Исайи здесь везде камеры и охрана? Но я не стала забивать себе этим голову. Меня волнует только результат. Я хочу, чтобы Исайя был в безопасности.
Глава 37
Лера"
"Следующие несколько дней я живу в подвешенном состоянии. Моя нервная система настолько возбуждена, что я шарахаюсь от каждого звука. Я пытаюсь взять себя в руки, но получается очень плохо, точнее, вообще не получается.
Да и Исайя не добавлял мне спокойствия. Каждый раз, когда он уходил из дома, я сходила с ума. Я представляла себе самый плохой сценарий, и он доводил меня до истерики. Да, я знаю про хитрости для мозга, о том, что нужно думать о хорошем, и вскоре настроение начнет меняться. Но как думать о хорошем, когда внутри тебя просто раздирает от страха?
Когда Иманов возвращался домой, я просто бросалась в его объятия. Я обнимала так сильно, как только могла. Вдыхала его запах, мне нужно было удостовериться, что с ним все хорошо, что он жив и здоров. И плевать, как это выглядело со стороны. Боже, почему любовь такая жестокая? Правду говорят, что любовь зла, полюбишь и своего мучителя.
Как я могла влюбиться?
А я не просто влюбилась – втрескалась по самые уши.
Наповал.
Без остатка.
И я не знаю, в какой момент это произошло…
Хотя нет, знаю. Он отпечатался у меня на подкорке.
Это было самое обычное утро. Мы завтракали, и Исайя помогал Катарине пользоваться детской вилкой. Это было так забавно. Эта вилка выглядела в его огромной руке, как зубочистка. И именно в тот момент я поняла, что люблю этого мужчину. А следом я подумала, что лучше бы я никогда не знала, что такое любовь. Потому что любить такого как Исайю – совсем не красиво и не романтично. Любовь к нему будет кровавой, страшной, уродливой и болючей. Если бы с его стороны были ответные чувства, хоть немного. Но их не будет никогда.
