Его руки, по сравнению с моим телом, оказались настолько горячими, что с каждым прикосновением я ощущала себя в огне. От накатившей волны удовольствия я застонала в его раскрытые губы, и Игнатов тотчас отозвался ответным поцелуем.
Наконец от прервал свою пытку и остановился. Сердце стучало так, будто я пробежала стометровку с препятствиями и, судя по тяжело вздымавшейся груди, Виталик был в таком же состоянии.
Он пригладил рукой волосы и наконец заговорил:
- Один вопрос, Яна, - я напряглась, предчувствуя, как снова придётся что-то объяснять, как-то оправдываться, но вдруг услышала: - почему ты в шубе? И без белья?
Я посмотрела на своё отражение в зеркале шкафа и рассмеялась. Ко всему прочему - взъерошенные волосы, распухшие от поцелуев губы и блестящие глаза. Последние сияли как настоящие бриллианты и превращали меня из эксцентричной штучки в королеву.
- Это авторская трактовка выражения «в трусах и шляпе».
- Мне нравится, ходи так чаще.
Глаза тотчас погасли, потому что пришлось вернуться в реальность и признать, что никакого «чаще» не будет. Я постаралась улыбнуться и ответила, меняя тему:
- Шуба прелесть! Спасибо, я переведу за неё деньги.
- Не смей, - Он покачал головой и позвал, - Яна, подойди ко мне.
Я подчинилась без лишних вопросов. Игнатов положил ладони мне на ягодицы и прижал ближе. Подняв лицо вверх, я увидела растекающееся во взгляде пламя. Зрачки его глаз были такими большими, что почти полностью сместили радужку. И глаза, широко распахнутые, чёрные, как угольная руда. Пугающие, но прекрасные. Виталик наклонился, и я поняла, что он снова поцелует меня, но на этот раз по другому.
Медленно, чувственно, нежно.
Робкий стук в дверь подействовал, как ушат ледяной воды. Я отпрянула от ВГ и в панике посмотрела в сторону входа. Кого еще принесла нелегкая на мой порог?"
"— Откроешь? – Виталик, видя бурю эмоций на моем лице, сам шагнул к двери. – Тогда я тебе помогу.
Он распахнул проклятую железяку, чуть не сдув с порога невесомую феечку из моего прошлого. Анфиса стояла на пороге и ошеломленно хлопала ресницами, переводя взгляд с меня на моего гостя.
— Яна? – первой отмерла всё же Фиса. – А кто это?
— Виталий Геннадьевич, мой бывший начальник. У него в нашем доме друзья проживают, вот, этажом ошибся, - чисто по привычке отчиталась я перед бывшей подругой и прикусила язык.
Очнись, Яна, это не та Фиса, с которой «и в горе, и радости»!
— А ты что тут делаешь? – угомонив сайгаков в голове, я надела маску снисходительности и безразличия. – Все вещи уже у тебя. Здесь ничего не осталось.
Краем глаза я видела с каким интересом наблюдает за мной ВГ. На Фису он не бросил ни единого взгляда, словно она не представляла собой что-то хоть немного достойное внимания.
