21
0
[1] Сулели — в пер. с груз. дурак, глупец.
Глава 2. Настя
За окном вечереет. Ночи зимой длинные. И это мне на руку! Витя теперь закрывает свой сервис чуть раньше. Потому, что он знает, что на ночь я не останусь. Поначалу считал, что я замужем. Но я однажды рискнула ему рассказать! Что в разводе, и что у меня есть двое детей.
Он воспринял не просто стоически. Он был рад!
— Я всегда мечтал о семье. Настоящей семье, — поделился со мной наболевшим.
— У тебя ещё есть шанс обзавестись ею, — брякнула я, имея ввиду его собственный шанс. Стать отцом, чьим-то мужем.
Но Витя воспринял по-своему.
— Правда, есть? — повторил он с надеждой.
И мне ничего не осталось, как тихо кивнуть и прижаться к нему своим жарким расслабленным телом…
Единственный яркий фонарь освещает парковку у сервиса. Там написано «Только для клиентов». Но ведь я же клиент? И мой красный Фиат, чуть присыпанный снегом, стоит одинокий и ждущий.
Витина старая Хонда сломалась. Он и есть настоящий сапожник! У которого нет сапог. Чужие он с лёгкостью чинит, а на свои времени нет. И потому Витя ходит пешком.
Смешной он! Наивный.
«Не сглупила», — твердят его руки. Лаская меня, не по-детски. Совсем по-мужски! И губы, сухие горячие, жмутся к чувствительной впадинке на сгибе локтя.
— А Деня хочет машины чинить, представляешь? — говорю я зачем-то.
И чувствую, как замирает рука у меня на плече.
— Хорошее дело, — отзывается Витя, — И прибыльное! Мастера на вес золота. Это я тебе, как специалист по подбору кадров, говорю. Найти хорошего мастера — это как алмаз отыскать в груде камней.
— Его отец так не думает, — произношу с сожалением.
С тех пор, как я приоткрылась ему, стало чуть легче. И теперь я могу говорить, не таясь.
— А кто он, твой бывший? — интересуется Витя, впервые за всё это время.
— Директор ЗАО «Картон-Полиграф», — я вздыхаю. Когда-то давно эту фразу я произносила с гордостью.
Витя какое-то время молчит, а потом обнимает меня ещё крепче.
— Дурак, вот он кто, — говорит, накрывая меня своей тяжестью.
— Почему дурак? — вопрошаю игриво. Удивляясь, что могу вот так преспокойно, говорить об Илье, пребывая в объятиях Вити.
— Потому, что тебя упустил, — шепчет мой пылкий, мой юный любовник.
И там, внизу, где наши тела жмутся друг к другу, я ощущаю, как он напряжён. Словно беседа о бывшем его завела.
— А если бы я была замужем? — я верчусь, не давая ему разомкнуть свои бёдра.
— И? — ему удаётся, и палец уже между ног. Или… это не палец.
— Ты бы спал с замужней? — упираюсь ладонями в грудь, — Может, тебе не впервой?
Меня накрывает какая-то ревность. Чувство, что кроме меня, на этом скрипучем диванчике он отымел сотню разных автовладелиц.
