Мы сумели выйти на них и даже собрали кое-какие документы, с которыми меня в соответствующих органах подняли на смех. Мне, однако, было не до смеха; тебе, думаю, тоже. И всем другим, кто входит в известный тебе список...
– Я особо и не радуюсь, – поддакнул я, входя в разговор. – Но готов к любому повороту событий.
– Это хорошо, что ты готов...
А эта фраза прозвучала грозным, почти угрюмым предупреждением, и я не мог не заметить этого. Генерал Лукьянов человек серьезный и не будет беспокоиться по пустякам.
– Я слушаю, товарищ генерал.
– Дело вот в чем. Если раньше был просто список, без нумерации, без какой-либо очевидной строгой очередности, то теперь положение изменилось. В связи с известными тебе событиями уже сегодня утром список был исправлен, выставлены номера – и ты стал первым номером. Первым в очереди на уничтожение. Понимаешь, что это значит?
– Если не выставят снайпера, во всех остальных случаях я имею возможность выжить. А от снайпера не спасет даже покровительство ФСО[16].
– В том-то и беда, – сообщил генерал, – что, согласно моим данным, они ищут хорошего снайпера.
– Таковые в большом дефиците. Среднего уровня найти можно, а вот хорошего...
– Хорошие действительно все на перечете, кроме того, под пристальным приглядом. Но они ищут снайпера среди боевиков. И даже получили согласие на привлечение какого-то специалиста из-за границы.
– Просили у «Аль-Каиды»? – Я назвал привычную структуру, в которую обычно отправляют претензии со всего мира.
– Хуже. Просили сначала у своих родных бандитов. А те, в свою очередь, обратились по своим каналам к американским спецслужбам. Разрешаю присвистнуть от удивления. И получили обещание помощи в обмен на какую-то информацию.
Меня лично такое сообщение не удивило. По косвенным данным, я давно знал, что «Аль-Каида», американские и английские спецслужбы работают в одной упряжке во многих направлениях. А присвистывать от удивления я не захотел. Во-первых, в присутствии генерала капитану свистеть не полагается, несмотря на предложение самого генерала; во-вторых, это не было неожиданностью; в-третьих, американских специалистов я ставил не слишком высоко, несмотря на прямо противоположное мнение самих американцев; в-четвертых, меня мама с детства свистеть отучила, считая это делом не слишком культурным.
– Тебя, вижу, это не волнует? – не дождавшись присвиста, спросил генерал."
"– Так, слегка тревожит, – ответил я спокойно. – Честно говоря, меня такое положение вещей даже слегка радует. Не нужно никого искать. Жди только, когда они сами к тебе приедут и лбы под удар подставят – бей, не хочу! Все разрешится быстрее, чем могло бы произойти. И все прояснится. А я не люблю неясности в таких ситуациях.
– А снайпер?
– Снайпер – это хуже.
